— Отец научил, — хмыкнул я. — Он считал, что настоящий мужчина должен уметь обеспечить себя сам. Ещё что-то говорил про, хм… «доставить удовольствие женщине ещё одним способом»… Но я точно не помню. Может быть, это уже я придумал.
— Хм… — игриво стрельнула в меня глазками дриада. — Очень интересные принципы. Особенно второй…
Я ответил ей улыбкой, но Маша вдруг снова нахмурилась. Будто вспомнила что-то неприятное.
— Ты знал, что Валико — целитель? — попыталась она увести разговор в сторону.
— Догадывался.
— Похоже, сам он об этом не знает.
— Тоже так думаю, — кивнул я, убирая пустые тарелки в раковину. Налил нам ещё чаю и поставил на небольшой столик у камина. Переместился на диван, Маша последовала за мной. — Возможно, он случайным образом задействует свои способности, чтобы лечить лозу. Это объясняет её тягу к нему.
— Ты тоже почувствовал?
— Я же Дубов.
После этого дриада замолчала и отпила чай из кружки, прикрыв глаза. За несколько минут она не проронила ни слова. Дрова потрескивали в камине, а за окном вдруг пошёл снег. Первый в этом году.
Она взглянула в окно и мягко улыбнулась. У неё была красивая улыбка. На щеках каждый раз появлялись ямочки.
— Сегодня был хороший день, — сказала она. — Я почти почувствовала себя обычным человеком.
Так вот оно что. Проведя день в моей компании, решая мои дела, девушка вновь почувствовала себя частью общества.
— Для меня не имеет значения, кто ты, — пожал я плечами, откинувшись на спинку дивана.
— Не играй так со мной, Дубов, — вновь нахмурилась дриада, забравшись на диван с ногами.
— Не веришь?
— Не верю.
— Для меня не имеет значения, даже если у тебя на заднице мох растёт.
— Не растёт! — тут же взвилась она, сжав кулаки, а я засмеялся. — Не веришь?
— Не верю, — вернул я ей её подачу.
Дриада прищурилась, поджала аккуратные губки и развернулась ко мне спиной. Развязала верёвку на штанах и сдёрнула их себя, показывая идеально-гладкую зелёную попку. Небольшую, подтянутую и упругую. И весьма… соблазнительную.
— Знаешь, — сказал я, разворачивая её и привлекая к себе. — Есть один старый верный способ почувствовать себя человеком.
Не сопротивляясь, она упала мне на грудь. Даже попытки не сделала надеть штаны обратно. Впрочем, сделать этого я бы ей всё равно не дал.
— Это какой же? — выдохнула она мне в лицо. Её дыхание пахло цветочным лугом.
Не дожидаясь ответа, она впилась в мои губы своими — прохладными и настойчивыми.
«Всё правильно, Маша. Ты угадала,» — мысленно произнёс я, отвечая на её поцелуй и крепче прижимая к себе.
С дриадой до кровати мы так и не добрались. Уснули прямо на диване возле камина. Усталые, зато довольные.
Проснулся я от того, что мне лижут лицо. И нет, это была не Маша, а Альфачик. Бедолага привык, что с утра мы уходим на прогулку с тренировкой, а сегодня я малость проспал. Пришлось встать и открыть ему дверь. Лютоволк выбежал в коридор, чуть не сбив меня с ног. Другие студенты академии уже перестали его бояться. Привыкли, потому что видели, как каждый день он гуляет со мной, ни на кого не бросается, а ещё и директор не то тренирует его, не то дрессирует. Поняли, что опасности он не представляет, и только прижимались к стенам, когда эта шерстяная боевая машина неслась по коридору.
А Степан Степаныч так и вовсе выглядел счастливым и даже будто помолодел лет на двадцать. Теперь на вид ему было около девяноста. Нужно будет с ним встретиться и обсудить пару вопросов.
Закрывая дверь за Альфачиком, вспомнил конфликт с княжичем Разумовским. После того как его отца схватили, он, можно сказать, «съехал». Точнее, переехал в камеры временного содержания. Насколько я знал от Сергея Никитича, Разумовского-младшего, как и его братьев и сестёр, допрашивали на предмет того, знали ли они о деятельности отца и его друзей.
Впрочем, это уже не моя забота. Главное, что никто больше не возмущался шуму на этаже. А с Машей пошумели мы знатно. Подходя к дивану, улыбнулся воспоминаниям о сегодняшней ночи. Маша лежала, вытянувшись и сексуально изогнувшись, и спала. Я же любовался изгибами её зелёного тела.
Ощущения с ней довольно любопытные. Дриада по своей сути — растение. Или что-то вроде того. Об их физиологии было мало что известно, но одно я теперь мог сказать точно: девушка сохранила свою человечность. Полностью, хех. А вот температура тела у неё была на уровне комнатной, кожа — гладкая и упругая. Так что ночь я провёл познавательную.
Наклонился, опершись локтем на спинку дивана, и провёл рукой по её волосам. Они были похожи на тонкие травяные стебли. На ощупь тоже. Затем отправился готовить завтрак. Можно, конечно, пойти в столовую, но сегодня у меня было поварское настроение. Хотелось чего-то, сделанного своими руками.
Себе приготовил омлет с сыром и колбасой. Второй день подряд веганскую еду мой организм не выдержит. Для дриады же приготовил тосты с пастой из авокадо с лимоном. Дёшево, сердито, вкусно.
