И он потянул за ручку большую красную сумку, лежавшую на низком столике. Сумка скользнула, плохо закрытый замок раскрылся, и все содержимое высыпалось на ковер. Мари-Франсуаза бросилась на колени и стала лихорадочно подбирать свои сокровища.
– Вы займетесь этим потом, детка, а сейчас надо торопиться.
Вдруг Джон застыл: между перламутровой пудреницей, помадой и вышитым платочком что-то сверкало и переливалось разноцветными огнями.
– Одна, две, три, четыре... Звезды, Джон, – выдохнула Лорна.
А Мари-Франсуаза, нисколько не потеряв присутствия духа, проговорила:
– Ну и чудесно, я очень рада! Честное слово, я уже просто не знала, как сказать вам правду!
– Вы их нашли?
– Да нет же! – Девушка с самым наивным видом широко распахнула глаза. – Они все время были у меня!
Несколько секунд Джон боролся с яростным желанием отшлепать ее, как непослушную девчонку, но в конце концов весело расхохотался.
– Ох, какая дурища! Можете благословлять свою звезду, это тот самый случай! Чуть-чуть позже – и вам бы пришлось объясняться с полицией, но, к счастью, мы еще можем поправить дело. Давайте-ка мне Звезды.
– Но...
– Живо!
Мари-Франсуаза недовольно нахмурилась, но выполнила приказ.
– А теперь ступайте за мной обе... держитесь поодаль.
Когда Лаба, поднявшись этажом выше, подходил к кабинету, дом потряс приглушенный взрыв.
– Первая дверь, – пробормотал француз. – Чепуха! Им остались еще две...
По-прежнему держа в руке пистолет, он вошел в комнату. Грюнфельд стоял к нему спиной, перекладывая драгоценности из сейфа в чемодан. Рядом Минкс, казалось, вот-вот забьется в истерике.
– Ты с ума сошел, Лью! Не оставляй меня здесь! Ты должен взять меня с собой!
– С некоторых пор ты не делаешь ничего, кроме глупостей. Это из-за тебя Мэннеринг сбежал в первый раз и начались все наши неприятности!
– Умоляю тебя, Лью! Клянусь оставить тебя в покое! Делай что хочешь с француженкой! Но я не желаю отправляться в тюрьму!
– Пустяки, они тебя там подлечат!
Минкс, совершенно потеряв над собой власть, закричала:
– Я все скажу! Уж я-то знаю твой дом в деревне!
Грюнфельд с угрожающим видом обернулся.
– Да, правда! Ты могла бы наболтать лишнего. – Медленно, с жестокой улыбкой он вытащил из кармана пистолет и навел на застывшую от ужаса женщину. – В конце концов, так будет гораздо проще!
– Не правда ли? – произнес спокойный голос Лаба, и грохнул выстрел.
Грюнфельд, не успев издать ни звука, упал как подкошенный. На лбу его зияла аккуратная круглая дырочка.
– Подонок, – тихо прошептал француз.
– Лаба, умоляю вас, возьмите меня с собой!
Минкс бросилась к французу, но он ласково отстранил ее.
– Вам не захочется следовать за мной, Минкс, я отправляюсь слишком далеко!
И, подняв руку, он все с той же странной улыбкой выстрелил себе в сердце.
Через несколько минут Джон закрыл ему глаза и набросил на лицо шарф Лорны. Грюнфельд удостоился простого носового платка. Минкс потеряла сознание. Лорна вытащила из вазы цветы, собираясь вылить воду на голову молодой женщины, но Джон удержал ее.
– Нет, не стоит! Мне бы не хотелось, чтобы она видела...
Он взял чемодан Грюнфельда, тщательно обыскал его и, найдя большой красный футляр, подозвал Мари-Франсуазу.
– Идите сюда! Смотрите!
Он открыл футляр. Внутри лежали пять бриллиантовых звезд, блестящих, восхитительных, почти столь же прекрасных, как настоящие.
– Они вам нравятся?
– О, это старые знакомые! Я сама заказывала копии.
Джон вздохнул.
– Вы сведете меня с ума! Ладно, потом все объясните, а пока берите их и прячьте в сумку.
Мари-Франсуаза послушно засунула в сумку поддельные Звезды.
– Эти Звезды у вас давным-давно. Запомнили? Вам подарил их отец... Это никого не удивит. Если будете держаться этой версии, полиция не причинит вам никакого вреда. Теперь я положу настоящие бриллианты в футляр и затем в чемодан Грюнфельда. Их только четыре, но Скотленд-Ярд ничего не теряет – пятая уже у них!
Джон сунул футляр в чемодан, запер его и пододвинул поближе к сейфу.
– Ну вот, декорации готовы – инспектор может войти!
В тот же вечер, около восьми, Бристоу был на Кларедж-стрит, куда заглянул выпить виски с Лорной, Мари-Франсуазой и Джоном. Мэннеринг в деталях рассказал инспектору всю историю, вернее, свою версию этой истории.
– Насколько я понимаю, Мэннеринг, вы сделали нам великолепный подарок!
– Королевский! – рассмеялся Джон.
– О, я говорю даже не столько о Звездах, сколько о наркотиках. И мы ничего не можем подарить вам!
– Ну почему же...
– Что вы имеете в виду? – удивился инспектор.
– Вы можете дать мне в награду слугу.
– Но полиция не бюро по трудоустройству?
– Нет... по правде говоря, я уже нашел человека... и вы его знаете: это он принес вам сегодня мой план операции. Но я опасаюсь, как бы в один прекрасный день его не востребовала Сюртэ... Вот я и подумал, что, может быть, вам удастся как-нибудь уладить дело.
– Я погляжу, что тут можно предпринять. Думаю, вам не стоит волноваться, – проворчал Бристоу. – Ну что ж, мне остается лишь рассказать все это сначала сэру Дэвиду, потом Линчу. Оба смертельно устали валяться в постели, и ваша история их развлечет.
