— Я же все для благих целей делаю…если на раненных я узнаю, как стать лучше, мои навыки кому-то пригодятся. Как например Пандоре…я ей нужен. Как и Фрейдену, который без меня не сможет нормально жить… — Отведя взгляд в сторону, покрасневший Оскар вновь уставился в гнезда каких-то зверей у озера, — А если практики на разных существах у меня будет много, я смогу помогать даже и вам…многие человеческие органы ведь сильно ограничены, и у животных они будут получше. Если сделать допустим даже тебе препарат, который изменит твои мышцы, то ты будешь еще сильнее. Так ты разве против?
— Я против того, чтобы человек, который решил положиться не на себя, а на доктора, будучи при этом уверенный в том, что он выполнит свою работу за плату, умирал из-за ебаната, который решил поставить опыты. Конченной мразью нужно быть, чтобы убивать человека, с которым у тебя молчаливое соглашение на сотрудничество. Сказал бы, что еще хуже похищать обычных людей, но я и так знаю, что Пандора делала вещи и похуже.
— …П-прости? — Сдавленно проговорил Оскар, не показывая во взгляде теперь и грамм гордости за свои дела. Взгляд Хати казалось буквально говорил о том, что за дела, которые были совершенны доктором, он был готов убить. Однако делать он этого не собирался, как, впрочем, и забивать на это болт.
— Срать я хотел на размышления о том, как ты будешь дальше добиваться цели, но я тебя выверну наизнанку, если ты будешь продолжать творить такую дичь. Мало того, что один раз из-за твоего желания поставить опыты ты подставил меня, так ты и наверняка был бы не против убить меня же, чтобы поставить опыты, да? Я вырежу твое горло, если ты будешь продолжать творить такую дичь, портя жизни потенциально нормальным людям.
— …как тогда мне становиться лучше? Я же…нового не узнаю теперь… — Очень сдавленно спросил доктор, так и не поднимая своего взгляда к Хати. Вопрос же правда сразу заставил Хати устало выдохнуть, благодаря чему Оскар напрягся только сильнее.
— Мало конченных идиотов, которые и жизни недостойны? Я могу придумать для совершенных ублюдков только один способ, как они могут принести пользу — стать материалом…ты мразь, если не подумал об этом раньше. Ты жил во время войны, но ставил опыты на своих, что говорит только о том, какой ты ублюдок…Человек, неспособный держаться даже самых обычных принципов, просто болотная кочка. Не говори, что ты и на этом острове собирался поставить опыты на небесных людях.
— Э-м-м…как-бы…Пандора сказала, что мне можно, — Еще сильнее отведя от Хати взгляд, чтобы даже части его тела не видеть, Оскар вовсе ужался практически весь. Медленный вздох же тут же сказал и о том, что Хати думал на этот счет, — Моя цель жизни изучать других существ, а главное похожих на людей организмов. Как я мог пропустить небесных людей…самый близкий способ стать лучше, лежит как-раз в их изучении.
— …знаешь смерть каких людей заставляет хмуриться даже меня? Тех, кто не причиняют никому проблем своей тупостью, и никто из-за нее не умирает…ты не убьешь ни одного нормального человека на этом острове, — Тем не менее, хмурый тон Хати сразу же привлек к себе внимание Оскара. Доктор попросту раскрыв свои глаза, уставился на него так, словно этих же слов и боялся услышать, — Даже если тебе как и мне плевать на чувства других, подумай о развитии, которое они все приносят, это то что постоянно должно держать в рамках нормальных людей — продвижение. Если хочешь сам поспособствовать этому самому развитию, просто займись изучением менее достойных людей. Есть в этом мире небесные люди, которые вполне достойны смерти, ведь их тупость убивает других.
— …
— Они не на этом острове. Есть еще и другой. Скайпия, где тупоголовых небесных людей, на которых можно поставить опыты, настолько же много, как и обычных людей в любом местном поселении… — Оскар непроизвольно сглотнул слюну, пока в самих глазах от слов Хати стал провялятся заметный интерес, — Я хочу попасть и туда, там у тебя и будет материал для исследования.
— Я не знал, что есть еще один небесный остров…
— …Ты просто тупой, — Оскар непроизвольно отодвинулся назад от тяжелого тона Хати. Вместе же с этим он правда показал и странноватый взгляд.
— Незнание не равно тупости…
— Я о другом…Ты все это время не раскрывал этого секрета никому из команды? Сколько недель мы плаваем вместе, а опытов ты практически ни на ком не проводил…ты тупой, — В абсолютном утверждении повторил Хати, из-за чего лицо Оскара смутилось еще сильнее. Правда когда во взгляде появилось желание что-то ответить, сказать что-либо он не успел, — Ты мог уже проводить сотню опытов на уродах, которые портят жизни другим. Я бы даже пиратов святого черепа, которые напали на меня, схватил, чтобы ты ставил на них опыты, и никто бы не реагировал даже в минимальной степени негативно. Даже не знай они всего твоего прошлого, никто бы и не отнесся к этому негативно.
— Охо… это гениально, но…
