Уильям Слоан – красивый и властный мужчина, миллионер, для которого горят огни самых дорогих клубов Нью-Йорка, о котором грезят самые красивые женщины. Но его не интересует светская жизнь, он хочет сделать карьеру в политике. Он привык добиваться того, чего хочет. Никто не сможет помешать ему, кроме… его очаровательной помощницы.Эйва Джонс кажется невинной красавицей, но это лишь маска. Он умело выманивает доллары у доверчивых клиентов, предсказывая им удачу. Ее жизнь меняется, когда она встречает Уильяма. Эйва не сомневается, что легко соблазнит миллионера. Но вскоре девушка понимает, что миллионы Слоана интересуют ее меньше, чем его страстные прикосновения… Чем закончится эта опасная игра?
Писать эту книгу было для меня большим удовольствием. Возможно, кто-то из вас запомнил Уилла, строгого старшего брата главной героини из «Магната». После окончания первого романа я не могла дождаться, когда же смогу предоставить этому красавцу барону возможность жить долго и счастливо
Одной из причин, по которой мне так нравилось писать «Барона», было то, что главная героиня этого романа – медиум. В конце Гражданской войны в Америке резко возрос интерес к спиритизму. (Даже Мэри Тодд Линкольн проводила сеансы в Белом доме.) У женщин в те времена было очень мало возможностей сделать карьеру, и поэтому спиритизм стал популярным среди леди способом зарабатывать себе на жизнь. А учитывая, сколько молодых мужчин, сыновей и мужей, погибло в той войне, можно себе представить, как важен был доход, который приносила эта деятельность.
Огромное спасибо моему приятелю Тодду Роббинсу, соавтору «внебродвейского» шоу «Притворись мертвым» и автору произведения «Современный мошенник: как получить что-то из ничего». Тодд является ходячей энциклопедией по спиритизму, и при написании этой книги я в полной мере пользовалась его знаниями. Фокусы Эйвы родились как раз во время наших разговоров.
Описание «позолоченного века» в Нью-Йорке было бы неполным без упоминания о политике и Таммани-холле – штаб-квартире Демократической партии. Как политическая организация, в течение почти двухсот лет игравшая центральную роль в выборах правительства штата Нью-Йорк, Таммани прославилась своей коррупцией. Я благодарна Джону Гринспану за его рассказ о тактике, которой пользовались политики в конце XIX века, – он мне очень помог, когда я описывала избирательную кампанию в «Бароне».
Помощь других людей всегда делала мои книги лучше. С Мишель Маннон мы замечательно пообедали на вершине горы в Пенсильвании, а заодно проработали детали образа Уилла. Дж. Б. Шредер за пиццей помогла найти прорехи в фабуле моего романа. Лин Гейвин готовила потрясающие домашние блинчики, пока мы с ней обсуждали сюжетные линии. Предложения Дианы Куинси по поводу улучшения книги мы рассматривали за поздним завтраком. (Подозреваю, что мне лучше всего думается именно за едой.) Огромное спасибо всем этим женщинам. Обожаю вас всех!
Я благодарна редактору Питеру Сенфтлебену за его твиты, которые смешили меня, и за его требовательность; потрясающей Джейн Наттер и остальной команде издательства «Кенсингтон» – за их огромный труд; Лауре Брэдфорд – за то, что она такая чудесная; Сонали Деву – за то, что он щедро делился со мной мудростью и остроумием; а также всем моим приятелям-писателям – Dashing Duchesses, Lucky 13s, NJRW и Violet Femmes – за вино, смех и поддержку.
Также огромное спасибо мужу и дочерям, которые проявили по отношению ко мне больше терпения и понимания, чем заслуживает любой писатель. Спасибо маме, которая, как и я, обожает любовные романы, и остальной моей сумасшедшей семейке за неизменную поддержку.
И наконец, что особенно важно, спасибо моим читателям и любителям исторических романов. Я так благодарна вам, всем вместе и каждому в отдельности!
«Существует честная коррупция, и я являю собой пример того, как это работает. Все это можно обобщить в нескольких словах: я вижу свои возможности и пользуюсь ими».
Уильям Слоан не верил в возможность общения с миром духов. Он не верил даже в то, что мир духов вообще существует.
И тем не менее он сидел в обветшалом театре в районе Тендерлойн, пользующемся дурной славой, и смотрел этот дерзкий спектакль. На сцене была мадам Золикофф – так называла себя эта женщина. Таинственный медиум, способный разговаривать с духами и осуществлять другие сверхъестественные трюки. Эта женщина была худшей из актрис, которых Уилл когда-либо знал, – а повидал он их, нужно сказать, немало.
Закрыв глаза, она раскачивалась и размахивала руками, что-то монотонно бормоча. Мужчина, которого она вытащила на сцену, сидел напротив и зачарованно смотрел на нее, пока мадам Золикофф имитировала диалог с духом его умершей матери. Электрический свет у них над головами мигнул, и публика в зале захихикала.
– Ах! Думаю, мы уже совсем близко! – громко объявила мадам Золикофф с ужасным русским акцентом.
Уилл едва сдержался, чтобы не закатить глаза. Неужели кто-то купится на эти дешевые фокусы?
