Рядом с высоченными домами ютились убогие лачуги. Древние храмы с покатыми крышами возвышались над узкими улочками. Многоуровневые дороги бежали во всех направлениях, а люди шли таким слаженным шагом, будто они были не на прогулке, а на военном параде.
В этом была вся суть Азиатской Империи.
За прошедшие годы она из захудалой страны превратилась в одно из главных государств мира. И достигнуть этого удалось несгибаемой волей и сумасшедшей дисциплиной.
Кое в чём Троекуров прав. Воевать с китайцами не пожелаешь и врагу. Эти ребята, если что-то вбили себе в голову, не отступят ни на шаг!
— Эх, такой красивый город… — грустно вздохнул Плотник. Сергей был в Петербурге, но дракоша подключил его к своему ментальному каналу и сейчас транслировал ему всё, что видел сам. — Максим, ты уж здесь поосторожнее!
— В смысле? — Я его искренне не понял.
— Ну, не разрушь его! — Плотник смутился, но мысль высказал до конца. — А то есть у тебя такая привычка. Ты когда увлечёшься, всё превращаешь в руины…
— Да когда такое было⁈
— Остров Лидера, замок Драго, Город в Бреши… — Плотник начал загибать пальцы. — Максим, я с тобой не так давно. Но ты в одиночку разрушил больше, чем некоторые армии!
Так я на свою деятельность никогда не смотрел. Мне всё время кажется, что я белый и пушистый!
Но, если задуматься, то я и в самом деле успел неплохо так пройтись по чужому имуществу…
— Не переживай, разрушать Пекин я точно не собираюсь! И вообще, у тебя что, дел нет? Вообще-то я поручил тебе следить за Лидией!
— Да есть у меня дела. Просто предупреждаю! — хмыкнул Плотник, и его голос неожиданно стал очень серьёзным. — Как раз одно дельце наклёвывается… Всё, я побежал!
Он прервал сеанс ментальной связи.
Спрашивать, что случилось, я не стал. Если что-то серьёзное, то он сам мне обо всём расскажет.
Я снова вгляделся в улицы города и даже здесь, в автобусе, почувствовал аппетитный запах.
Со всех сторон здесь так и пахло всякими вкусностями, особенно лапшой.
Как только закончу с приключениями, сразу же наверну приличный тазик!
—
— Это ты сейчас выдумываешь или здесь действительно такие законы⁈ — удивился я.
В юриспруденции питомец разбирался лучше меня. Но уж слишком странный это были закон!
И ведь даже Лидию не спросить!
—
Я проследил за его взглядом.
На одной из главных улиц возвышался памятник драконам. Несколько десятков вытесанных из камня крылатых ящеров занимали почётное место.
Заметил я и другие изображения драконов. Как ни крути, но крылатые исторически пользуются здесь большим уважением!
Путешествие до Адских Брешей оказалось дольше, чем мы ожидали.
Мы выехали из города и направились к специальному грузовому порталу.
Автобус тщательно обыскали и только потом дали нам разрешение проехать.
Одно мгновение — и автобус переместился, оказавшись в месте назначения.
Адские Бреши впечатляли.
Три громадные Воронки, каждая величиной с дом, размещались рядом друг с другом. Между ними тянулись плотные энергетические потоки, видные даже невооружённым взглядом.
Выглядит куда эффектнее, чем на фотографии!
Не просто отдельные Бреши, а Бреши, которые связаны между собой. Из одной можно перейти в другую, не возвращаясь на Землю.
В таком месте мне бывать ещё не приходилось!
—
Я понял — дракоша не просто трусит. Он и в самом деле что-то почувствовал.
Да и мне, признаться, было не по себе.
Было здесь что-то ненормальное!
— Не переживай, пушистый, я тебя в обиду не дам! — У моих ног зарычал Черепах. — Вот и генерал со мной согласен. Он тоже не позволит тебя обидеть!
Впечатлили меня далеко не одни Воронки.
Вокруг них были построены полноценные трибуны. И они были заполнены сотнями азиатов!
Журналистов вокруг тоже было столько, что вспышки фотокамер слепили.
— Это что такое⁈ — Мантурова повернулась к Троекурову.
— Требование китайских партнёров! — Советник развёл руками. — Они хотели, чтобы ваш рейд получил как можно больше внимания…
Теперь ясно, почему люди в аэропорту знали, кто мы такие. Наверняка о нашем прибытии сообщили все газеты и телеканалы страны!
— И какой химеры им это надо? — спросил я его.
— Не могу знать, Максим! — Троекуров поморщился. — Но поверь мне — они были очень настойчивы!
С каждой секундой мне это нравилось всё меньше и меньше.
Зато Лукачёв был в восторге.
