– Черт подери, как же это приятно – услужить красивой женщине! – произнес при этом он.
– Благодарю, – сделала вид, что не расслышала неуклюжий комплимент она.
Вторые сутки караван транспортных кораблей, сформированный по линии ленд-лиза в Глазго и на базе Лах-Ю, рвал винтами Баренцево море, держа курс на Мурманск. Это был опасный путь, потому что лежал он мимо Норвегии, напичканной авиационными и военно-морскими базами Германии. Подобно коршунам, нацистские летчики и моряки набрасывались на тяжелые транспортники, чтобы уничтожить их и пустить на дно. Большей частью это были старые, изношенные английские суда, застрахованные их владельцами на хорошие деньги. На одном из них и шла беседа между бывалым морским волком корабельным доктором Чарлзом Россом и русской дамой с необычным для британского слуха именем Ирина Ярцева. Разговаривали, чтоб убить время, а потому большого значения разговор не имел.
– Для русской у вас хороший английский, – произнес доктор.
– У вас тоже, – уколола шотландца она. Оба рассмеялись.
– Миссис, вас просит к себе капитан! – вдруг гаркнул басом невесть откуда свалившийся на них молоденький матрос и вытянулся во фрунт. – Позвольте проводить вас?
– Я провожу, – отпустил матроса жестом доктор, приняв для смеха сконфуженный вид.
– Вот же одарил Бог голосом, – удивилась миссис Ярцева.
– Это что, – усмехнулся доктор, – я знал женщину, у которой голос был не хуже, чем у этого матроса. Да-да, не удивляйтесь. Все дело в уровне тестостерона в крови. Чем он выше, тем ниже голос.
– Как все сложно.
– Не просто. Если тестостерона не хватает, скажем, мужчине, он становится женственным. И если примешиваются еще элементы шизофрении и ряд других сопутствующих факторов, то дело может дойти и до операционного стола.
– В каком смысле?
– В смысле смены пола хирургическим путем.
– Не приходилось слышать о таком.
– Это пока не очень распространенный метод. Но есть врачи, которые над этим работают. Кстати, со мной в медицинской школе при Эдинбургском университете учился студент-немец, мечтающий заняться новыми прогрессивными направлениями в хирургии. В том числе и по смене пола. Его звали… дай бог памяти… Йохан Кляйн. Но не будем сейчас об этом. Идемте, нас ждут.
Было время дневного ланча. В кают-компании собрался весь свободный от службы командный состав – три помощника капитана, старший механик, боцман и доктор.
– Формирование и выход каравана в море занимает много времени и сил, и у нас не было возможности должным образом познакомиться с миссис… Ириной Ярцевой, – сказал капитан, немного бравируя тем, как легко выговорил труднопроизносимые имя и фамилию, и продолжил: – Всего-то мы и успели – представиться друг другу. Однако я должен сказать, что наша гостья не только красива, но и умна. Она долгое время работала в Швеции по дипломатической линии. Теперь направляется в Москву. Сам советский консул приезжал проводить ее. Так что – прошу учесть, господа!
– Советский консул приезжал, чтобы проводить в Мурманск наш конвой и следовавших на одном из кораблей, кстати, том, что идет за нами, советских дипкурьеров, – слегка смутившись, поправила капитана миссис Ярцева.
– Однако когда у них для вас не хватило места, консул лично попросил меня взять на борт одного человека, – не отступал капитан. – К нам могли прислать мужчину. Наши-то трюмы забиты танками и взрывчаткой, а не зерном и консервами, как у «соседа». Но миссис Ярцева не испугалась и согласилась сама поселиться у нас. Храбрый поступок.
– Поступок столь же прекрасен, как и сама леди. – Это произнес доктор, который сидел почти у самой двери, приняв флегматичный вид.
– Благодарю за комплимент, но не стоит преувеличивать мои достоинства, – ответила миссис Ярцева. – Очень надеюсь, что все сложится хорошо.
– Я тоже не сомневаюсь, что мы, несмотря на опасности, благополучно придем в Мурманск, – поддержал ее доктор. – Хотя бы потому, что мне давно еще нагадали, что умру я в глубокой старости, попав под трамвай в большом городе.
– Ха-ха-ха! – весело грохнул дружный смех на всю кают-компанию. И в следующий момент… неимоверной силы взрыв потряс корабль, сбросив всех с мест!!!
