До обеда разговаривали ни о чем, правда, Сора похвасталась мне своими успехами в учебе, которые подтвердила Бирка, ну, а старшая сестра поведала, как их всех собирали в школу, и как у них организована зарядка артефактов, ну, и вообще, что и как изменилось с начала осады. Тут я вспомнил сегодняшнее утро и, достав свои рисунки, показал их маме и сестренкам.
Естественно, вопрос был один — видели ли они вот этого человека, изображенного на рисунках, ну, или хотя бы похожего на него? Мама долго всматривалась в его изображение, а потом покачала головой.
— Нет, Раст, такой человек мне не встречался, — в конце концов, заключила она и отодвинула от себя листы, которые тут же подвинули к себе поближе сестренки.
Они смотрели недолго, то и дело пытаясь подвинуть поближе к себе именно тот лист, который сейчас рассматривала сестра, из-за чего все это больше напоминало шуточную кутерьму, а не серьезное дело, каковым являлось. Правда, в результате, получилось, что никто из них никого похожего тоже не видел.
— Раст, — когда сестренки вынесли свое заключение, осторожно осведомилась матушка, — ты ведь не просто так показал нам этого мужчину? — она вопросительно уставилась на меня, а сестренки, услышав ее вопрос, перестали выяснять что-то между собой и, в ожидании ответа, вперились в меня своими взглядами.
Я вздохнул и закивал.
— Да, — признался я. — И хочу вас попросить, если вдруг вы его где-нибудь встретите, или увидите, то обязательно скажите мне, и чем быстрее, тем лучше! Хорошо?
Девчонки очень энергично закивали своими головами, а мама, наоборот, насторожилась.
— Это опасно? — взгляд ее стал тревожным. Ну, что я мог ей ответить? Решил сказать, что думал, а, вернее, предполагал.
— Думаю, что это вполне возможно! — тяжело вздохнув, предположил я. — Поэтому, ни в коем случае не нужно к нему подходить, за ним следить или пытаться, не дай боги-заступники, его задержать! Просто, если увидели, запомните место, где это произошло, примерное время, и все! Поняли?!
Я строгим взглядом, добавив в него немного злости, посмотрел на сестренок. На матушку даже и не бросил взгляд — я был в ней полностью уверен, а вот девчонки, по младости лет и некой, присущей всему женскому полу безалаберности, могли чего-нибудь отчебучить.
Сестренки еще раз заверили меня, что они все поняли, и перескочили на другую тему. Теперь уже меня подвергли, буквально, настоящему допросу, на тему гардероба и украшений баронессы. Не появилось ли что-нибудь новенькое в ее нарядах или висюльках.
Так как я в этом продолжал разбираться чуть хуже, чем никак, то поспешил заверить, что ничего нового в облике баронессы не углядел, но обмануть своих проницательных сестренок мне не удалось!
И я, кривясь, словно от зубной боли, до самого обеда описывал им наряды и украшения баронессы, ее жесты, слова, и прочее, и прочее…
Приглашение нашей матушки к столу прозвучало для меня, как глас с небес богов-заступников! Я вскочил, намереваясь тут же, не медля ни мгновения, метнутся к обеденному столу, но не тут-то было! Эти… сестренки, ухватили меня за руки и пошли в сторону обеденного стола, вот только очень-очень медленно, попутно продолжая задавать свои вопросы.
Так мы и притащились к столу — девчонки, с любопытными мордашками и горящими глазами, и я, весь истерзанный их вопросами, и уже не верящий в благополучное для меня завершение трапезы.
Но нет, матушка, видимо, заметив выражение моего лица, быстро угомонила этих бестий, и мне удалось покушать в тишине, а после того, как обед был закончен, в темпе поцеловать маму в щеку, в качестве благодарности, и, быстренько одевшись, бросил сестренкам, стоящим неподалеку и смотрящим, как я одеваюсь, «Пока!» и выскочил за дверь.
— Фух! — с облегчением выдохнул я, когда за спиной захлопнулась дверь, и, насвистывая веселый мотивчик, я двинулся к нашему пустырю. Пора встретиться с пацанами!
На пустыре было тихо, только на бревнышках сидели Грос и, к моему удивлению, Ворт, и о чем-то вполне мирно беседовали.
— Привет! — прерывая их разговор, громко поздоровался я, махнув рукой. — О чем говорите?
Ребята переглянулись, а потом что-то неразборчиво промямлили. Я не стал заморачиваться — не хотят говорить, ну и не надо.
— А где все? — я посмотрел на Гроса, показывая, кому вопрос адресован. Тот немного замялся.
— Скоро придут, — через небольшую паузу, сообщил он, — как пообедают.
— А ты чего? — удивился я.
— А я уже! — пожал плечами Грос.
— Ворт, ты обедал? — я повернулся к баронскому отпрыску.
— Пообедал! — махнул рукой он.
— Понятно, — я присел рядом, на бревнышко. — Ну, чего Грос, чем с утра занимались?
— Да, в общем, чем ты просил, тем и занимались. Я разбил ребят на двойки и ходили парами по городу, смотрели, что изменилось и есть ли что-нибудь подозрительное.
— Понятно, — кивнул головой я. — И, судя по тому, что ты не спешишь с рассказом, ничего интересного для нас никто не увидел, так?
— Ага! — кивнул Грос. — Пока все, как всегда и ничего подозрительного никто не увидел.
Я заметил, что при последних словах моего другана, Ворт ухмыльнулся.
