Сесилия и Юнас обменялись взглядами, пока полицейские в форме выходили из машин.
— Ты готова? — спросил Юнас.
Воспоминание о расследовании последних лет промелькнуло у Сесилии перед глазами. На мгновение она окунулась в ностальгию. Мужчина, который смотрел телевизор в зеленом доме, мог оказаться тем, кто столько лет водил полицию за нос.
— Абсолютно! — сказала она. — Пора его взять.
Они вышли из машины. Сесилия положила руку на табельное оружие. Непривычно, что оружие в кобуре на бедре, а не засунуто в поясную сумку. Она надеялась, что ни ей, ни другим оно не понадобится. Остальные спокойно рассредоточились, чтобы не дать подозреваемому сбежать через заднюю дверь.
Сверху трава блестела от росы, а полицейские ботинки оставляли на длинных травинках темные следы. Хорошо. Это облегчит охоту, если он уже сбежал в лес. Кинологи со своими четвероногими друзьями стояли наготове около машины.
Сесилия проговаривала в голове все, что знает о Бенгте Юханссоне. 43 года, не женат, живет один. Помимо мелких краж, у него был только штраф семнадцатилетней давности за превышение скорости. Владел разными старыми автомобилями и двумя мотоциклами, Один из них — Harley-Davidson, отметила она. Насколько она знала, он вел размеренную жизнь. Он зарабатывал сменными и проектными подработками в качестве водителя экскаватора и в целом казался совершенно обычным.
Сесилия не могла отделаться от мысли, что, может, именно из-за того, чем он занимался каждый год в ночь на 6 ноября, он и вел такую неприметную жизнь. А если он действительно мечтал о писательстве, то это объясняет, почему он использовал псевдоним — ну, если считать, что «Я Барсук» написал Бенгт.
Опередив Юнаса, она первой поднялась по невысокой лестнице из просмоленной древесины и нажала на кнопку звонка. Ничего. Она посмотрела на Юнаса. Тот пожал плечами и сильно постучал в дверь нижней частью кулака. Дверь открылась, и Сесилия оказалась лицом к лицу со своим подозреваемым. За его плечом телевизор светился зеленым, а из-за двери доносились звуки футбольного матча. Сначала он вопросительно взглянул на Сесилию. Его взгляд блуждал от нее к полицейским в униформе внизу лестницы, но он не пытался ни сбежать, ни применить насилие.
— Что вы на этот раз хотите? — спросил он, устало вздохнув. Изо рта металлически пахло пивом и сигаретами.
— Бенгт Юханссон, — сказала Сесилия. — Вы задержаны. Мы просим вас проехать с нами в участок.
Его лицо посерело.
— Что? За что, я же ничего не сделал!
— Есть веские причины подозревать вас в убийстве. Можем рассказать подробнее прямо здесь и сейчас, но я предпочла бы обсудить все в участке. — Сесилия кивнула на соседний дом. — Чтобы не смущать соседей.
Бенгт огляделся и поднял руки в примирительном жесте.
— Окей!
— Будьте добры, проследуйте за сержантом Шиханом в автомобиль, — сказал Юнас. Один из полицейских в форме сделал шаг вперед и сурово посмотрел на Бенгта.
Бенгт кивнул. Движения его были нервными.
— Можно я прихвачу куртку?
— Конечно, — ответил Юнас.
— Мы обыщем ваш дом и ваши транспортные средства, — сказала Сесилия. — Хотите увидеть ордер на обыск?
Бенгт натянул на себя выцветшую джинсовую куртку.
— Нет, мне скрывать нечего. — Он зашнуровал массивные ботинки и стал неуклюже спускаться. Сержант Шихан положил ладонь ему на руку и повел к машине.
Лицо Юнаса приняло удивленное выражение, пока остальные заходили внутрь и приступали к обыску.
— Черт бы меня побрал. Это было, наверное, самое спокойное задержание, в котором я участвовал, за долгое время.
— Да уж! — ответила Сесилия. Они натянули бахилы и вошли. Внутри дом был так же непримечателен, как и снаружи. Вся мебель выглядела так, словно ее приобрели в IKEA — кроме серого лакированного углового шкафа, который совершенно не вписывался в интерьер. В нем стояла горка фарфора с цветочками — скорее всего, достался Бенгту в наследство. Перед телевизором три пивные банки, одна открытая. Между двумя другими зажата пачка чипсов. На пачке сигарет лежала зажигалка, но пепельница отсутствовала. Очевидно, в доме Бенгт не курил.
Сесилия медленно прошла по комнатам. Она натянула тесные резиновые перчатки и начала напряженно всматриваться, стараясь уловить каждую деталь Она искала то, что выделяется, что могло бы связать Бенгта с Барсуком. Или с его жертвами. Но ничего здесь не казалось необычным, скорее банально обычным. Сесилию начали грызть сомнения. «Неужели они все-таки ошиблись?»
В спальне стоял узкий письменный стол. Он был заставлен стопками книг вокруг тяжелого ноутбука. На верхушке одной из стопок лежал зачитанный до дыр «Пасхальный человек». Сесилия пролистала книгу, имевшую множество пометок и бумажек, как и ее экземпляр книги «Я Барсук». Очевидно, Бенгт внимательно изучал стиль Яна Апельгрена. Сесилия положила книгу обратно и вернулась в прихожую. Она открыла дверь, ведущую к узкой лестнице в подвал. Волна холодного воздуха поднялась снизу, принеся за собой запах старого деревенского дома. Сесилия зажгла свет и спустилась вниз.
