— Забудьте, это глупости.
— Нет, я хочу знать, — сказала Сесилия.
— В это верят некоторые водители экскаваторов. Всё вместе выдумка и фантазии, но многие в такое верят. Не я.
— Во что? — спросил Юнас.
Бенгт вздохнул.
— Они верят, что есть… — Он остановился на середине предложения и огляделся, как будто боясь, что кто-то подслушивает. — Они верят, что в земле есть существа, желающие нам зла.
— Существа? — спросил Юнас. — Что за существа?
Сесилия вспомнила книгу. Монстров, которые скребутся в стены подвала. Как в книге Барсук жил среди них и убивал для них.
— Да черт их знает! — продолжал Бенгт. — Но те, кто в эту белиберду верит, отказываются копать, если видят признаки.
Сесилия не могла поверить в то, что слышит. Неужели Бенгт пытается использовать монстров Апельгрена, чтобы уйти от ответственности? «Это же бред какой-то», — думала она. Тем временем Бенгт продолжал рассказывать.
— Знаете, когда мы копаем, то ковш часто задевает стену. Бывают мелкие повреждения, порезы или какие-то кусочки отваливаются с углов и прочего. Такое случается. Но иногда мы находим не принадлежащие нам следы. Они выглядят как следы от когтей, как будто кто-то точил их о бетон. Некоторые мужики паникуют, думая, что те, кто сидит в земле, предупреждают нас не копать дальше. И они отказываются. Но мы ведь не можем сказать так клиенту, поэтому называем это проблемными фасадами.
Юнас покачал головой.
— Теперь я ничего не понимаю. Какое это имеет отношение к вам?
Бенгт пожал плечами.
— Да все знают, что я такого не боюсь, так что фирмы звонят мне, чтобы я закончил работы. Понимаете?
Сесилия хлопнула по столу ладонью.
— Да что за бред вы несете! — Она тяжело дышала. В груди кипела ярость. — Вы говорите, что людей убивает какой-то монстр?
— Нет, в эту фигню я не верю. По крайней мере, я никогда не видел никаких спящих в земле монстров. Но я никого не убивал — это совершенно точно.
Сесилия сжала челюсти. Она показала на Бенгта.
— Мы знаем, что вы лжете. О существах, вами упомянутых, вы прочитали в этой гребаной книге. Но знайте, что рано или поздно мы найдем больше доказательств против вас. Так что вы сохраните себе массу времени, если просто признаетесь.
Бенгт встретился с Сесилией взглядом. Впервые с начала допроса он выглядел спокойным.
— Мне нужен адвокат, — сказал он. Стул заскрипел, когда Бенгт скрестил руки на груди и откинулся назад.
Юнас положил руку на плечо Сесилии.
— Думаю, мы закончили на сегодня. Продолжим завтра.
Они собрали вещи и оставили Бенгта в ожидании препровождения в камеру.
Юнас улыбнулся Сесилии:
— Можешь быть спокойной, — сказал он. — Мы его поймали. Все сходится. Нам нужно только заставить его говорить, и он наш.
Сесилия все еще дрожала от злости. «И откуда только силы, так уверенно сидит и врет мне прямо в лицо», — думала она. Но кивнула.
Убийцей должен оказаться он. Теперь дело за временем.
В то же время я чувствую, как из меня, как песок сквозь пальцы, утекает моя человечность. Ее все труднее удержать.
Сесилия сидела в офисе и читала заметки с допроса. Юнас всегда невероятно быстро переписывал их начисто, отмечая больше деталей, чем она сама.
Вопреки мнению Лерьедаля, ее талант на самом деле заключался не в литературном мастерстве. Что она умела делать по-настоящему хорошо, так это общаться. Она знала, что сказать, что ответить, чтобы быть понятой окружающими. Юнас, напротив, умел отлично писать. Его рапорты, аналитические записки и докладные считались образцовыми как среди его коллег-полицейских, так и в прокуратуре. Хотя и его короткие замечания были всегда в тему — да вот сейчас, например, когда он отмел пространные рассказы Бенгта о монстрах как нечто явно лишнее для расследования. Чтение его заметок вызвало у Сесилии улыбку.
Она вздрогнула от стука в дверь. В дверях стоял Кнут Лерьедаль и внимательно смотрел на нее.
— Могу побеспокоить? — спросил он.
Сесилия смерила его взглядом.
— Вы разве уже это не сделали?
Кнут по своему обыкновению широко улыбнулся.
— Вам никто не говорил, что вы бы выиграли от более дружелюбной манеры поведения?
— А вам? — Сесилия закрыла документ и откинулась назад. — Что вы хотите? В общем, расследование окончено. Барсук арестован.
Кнут с грохотом поставил на пол брезентовую сумку.
— Я пришел, чтобы попрощаться. Я подумал, что вы обрадуетесь, узнав о моем отъезде домой.
— До свидания!
— Вот именно такой реакции я и ожидал. Но на самом деле я хочу сказать еще кое-что. Если позволите.
— Конечно! У меня есть целый вечер.
— По правде сказать, я бы хотел вас поблагодарить лично.
Сесилия удивленно приподняла брови. Он поймал ее взгляд на пару секунд. Он смотрел не так строго и подавляюще, как раньше. Если не знать заранее, то она могла бы подумать, что его взгляд вполне приветлив.
— Спасибо! — сказала она.
