— Это хорошо, конечно, — согласно кивнул староста, — но слава Мерлину, что когда его сделают старостой, меня уже это не коснется! А то Хаффлпафф превратится в этакий боевой отряд, который везде будет ходить строем!
— Ты не прав, Седрик, — покачала головой декан. — Мальчик будет отличным старостой. Он точно знает, кого стоит озадачить и в какой степени. Вон, даже Захарию подбил на помощь. И тебя поставил следить за порядком.
— Да я просто сидел, делал домашнее задание!
— Вот именно, — подняла палец Спраут. — Он сильно обязал тебя?
— Нет…
— Вот! Он смог создать дисциплину, почти никого не напрягая! Он начал занятия с первокурсниками по собственному желанию…
— Вообще то, это профессор Снейп пожаловался на ужасные эссе новичков Найджелу….
— А почему ему? — перебила старосту декан. — Почему ему? Он не староста пока, но попросили обратить внимание именно его! Тем более, профессор Снейп. Знаешь, Седрик, — задумчиво сказала профессор Спраут, — я думаю, что он и старостой школы будет… хотя нет. Если его выдвинут, я буду против.
— Это почему? — заинтересовался парень, наблюдая, как первокурсники благодарят однокурсников Найджела и его самого. — Учится он, конечно, не очень, но если подтянется…
— Нет, — декан факультета Хельги тоже смотрела на Найджела, который теперь сел рядом с одним первокурсником, что-то объясняя. — Ему придется тогда заботиться обо всех. А я хочу, чтобы факультет был в надёжных руках. Он подходит.
— Найджел, ты же идёшь в Хогсмид?
— Разумеется!
— И помните, что визиты в Хогсмид — это ваша привилегия. Если ваше поведение плохо влияет на учёбу, вы будете лишены этой привилегии…
Слушая, как МакГонагалл читает напутственную нотацию, Салли-Энн снова зашептала Найджелу:
— А тебе разрешили?
— Ага. Последние две недели профессор Снейп мне урезал, «за примерное поведение», — явно передразнивая, заявил мальчик. Не говорить же, что наказание, придуманное ему, превратилось в каторгу для профессора? Как-то неловко… — Так что я с чистой совестью могу идти в эту деревушку.
— Круто! Зайдём в «Сладкое Королевство»? Там такие сладости!
— Зайдём. Посмотрим, что там и как.
Деревенька была интересной, но вскоре заболели ноги, и ребята остановились в «Трёх Мётлах».
— Эй, Найджел, а что у тебя за дела с этим мальчиком-первокурсником? Как его там?..
— Он сирота. Такой же, как я. Почти.
— Почти? — заинтересовавшись, Салли-Энн отхлебнула сливочного пива.
— Он смирился. Перестал искать тех, с которыми ему хотелось бы разделить жизнь. Но, — улыбаясь, подросток взболтал напиток на дне кружки, — всё же пришёл на Хаффлпафф. Здесь ему помогут.
— Хотелось бы. Просто в последнее время он так на тебя смотрит. Знаешь, — девочка поёжилась, — будто хищник на добычу.
— Присматривается. Обычное дело для тех, кого отталкивали и которые обжигались. Я даже могу сказать, что будет дальше.
— Вещай, Трелони!
— Ты уже не считаешь её настоящей провидицей?
— Только не злорадствуй!
— Как я могу! Ну, давай за адекватность!
— Тафнел, я тебя сейчас стукну!
— Я весь твой!
— Ну я тебя!..
Вечер наступал как-то очень быстро, и ребята засобирались обратно в замок. Они уже подходили к воротам, когда заметили две высокие фигуры в рванье по обе стороны от створок.
— Брр, — поёжилась Салли-Энн. — В дрожь от одного вида бросает.
— Понимаю тебя. Эти твари просто…
— Кто это?!
— Что?! Где?!
— Там! У ворот!
У ворот стояла небольшая фигурка, завернутая в мантию, и что-то говорила высокому стражу, который уже наклонился к ней в очень знакомом жесте.
— Чёрт! Перкс, только Инседио, никакого Протего! И бей наверняка!
Девочка не ответила, да этого было и не нужно. Оба подростка неслись навстречу стражникам-дементорам, на бегу доставая палочки, стараясь не сбить дыхание.
— Инседио!
— Инседио!
Оба заклятия попали в цель, и нежить отпрянула в стороны, поворачиваясь к напавшим. Найджел почувствовал распространяющийся холод и впал в ярость.
— Ах так! Бомбарда!
Бах! В районе живота у одного из стражников раздался взрыв, и его снесло в сторону. Правда, ненадолго.
— Найджел! — раздался панический крик Перкс. — Девчонка!
— Инседио! Хватай её и вали в школу! Инседио! Инседио!
Фигура дементора уже была полностью охвачена пламенем, но умирать он не спешил и, словно перестав чувствовать жар от заклятий, будто ничего не видя вокруг, полетел на мальчика.
— Проклятие! Протего!
Возникшая прозрачная стена позволила пробежать мимо твари, но ощущения были, будто он разом взвалил на себя воз кирпичей.
— Найджел, быстрее! — Салли-Энн добежала до входа в школу, уже волоча девчонку на себе, и только тогда обернулась. — Найджел!
Запнувшись, мальчик упал, всей кожей ощущая, как сзади приближается Смерть. По его, Найджела, душу.
— Врёшь! Не возьмешь!
И, развернувшись, он выкрикнул магическую формулу, виденную пару раз в книгах.
— Бомбарда Максима!
А дальше наступила темнота.
Глаза открывались неохотно и будто со скрипом. Но, когда всё же удалось, первое, что увидел мальчик, был…
— Потолок. Значит жив.
— Живы, мистер Тафнел. Несмотря на все ваши усилия — вы живы, — раздался рядом желчный голос профессора зельеварения.
