— Нет. Седрика дисквалифицировали. Вроде как у него имелось нечестное преимущество. Простите меня, ребята… Я правда хотел как лучше…
Найджел опустил голову. В наступившей тишине к нему подошла девушка-староста и положила ему на плечо руку.
— Найджел, ты прости, конечно, но ты идиот.
— Мне это уже сегодня профессор Снейп говорил, — слабо улыбнулся подросток.
— В этот раз я с ним согласна — окружающие заулыбались — редко кто из хаффлпаффцев был согласен с высказываниями самого нелюбимого профессора в Хогвартсе. — Неужели ты думал, что мы променяли бы победу в соревновании на жизнь одного из наших? Ты серьезно так думал?
— Вы же так хотели победы… А из-за меня…
— Какой ты дурак. Вроде бы умный, вроде бы Барсук до мозга костей, но дурак. Хаффлпаффцы никогда не променяли бы друга на победу. Ни-ког-да.
— Спасибо, ребята, — Найджел все-таки поднял голову и встретился взглядом с однокурсниками и софакультетчиками. Они одобрительно ему улыбались, отгоняя страх. Страх остаться совсем одному. Страх подвести всех.
— Ты на Хаффлпаффе, Тафнел, — хохотнула староста. — Не забывай об этом.
Стук колёс навевал дрёму. Найджел бы не просыпался до самого вокзала Кингс-Кросс, но природа позвала. Оставив Салли-Энн в купе и попросив закрыть дверь, подросток отправился в конец вагона. Но, проходя мимо одного из купе, он услышал обрывок разговора:
-… Скитер — незарегистрированный анимаг! Она может превращаться в жука!
Заинтересовавшись, Найджел приник к двери и попытался заглянуть внутрь.
— Ты шутишь! — через щелку было видно, как Уизли приблизил банку к глазам, рассматривая сердито жужжащее внутри насекомое.
— Не шучу! — Грейнджер сияла, как начищенный галлеон. — Я поймала её в больничной палате. Посмотрите внимательно, вы узнаете отметины вокруг глаз, прямо как её кошмарные очки…
Найджел задумался. Он не следил за поступающей прессой, эту сторону жизни в их тандеме отслеживала Салли-Энн. И всякие непроверенные слухи она не озвучивала. Но даже так подросток знал, что за прошедший год журналистка неслабо порезвилась, раздувая вокруг в общем-то обычной магглорожденной необыкновенную шумиху. Но похоже, гриффиндорка в этот раз победила. И компромат заимела… Нематериальное золото…
— Я выпущу её, когда мы вернемся в Лондон. И велела ей держать свое перо при себе весь год. Посмотрим, сможет ли она отучиться от вредной привычки писать обо всех грязную ложь…
Дальше хаффлпаффец ждать не стал и, открыв дверь купе, шагнул внутрь.
— Грейнджер, есть разговор.
— Тафнел, что тебе? — Поттер нахмурился. — Что тебе нужно от Гермионы?
— Банка с жуком. Отдай её, Грейнджер.
— А чего это я… — продолжить девушке не дала палочка, уткнувшаяся ей в горло. Парни-гриффиндорцы вскочили с мест, доставая палочки. — Это против правил!
— И это говорит мне человек, незаконно лишивший свободы другого человека, — кивнул Найджел. — Хорошая у тебя логика, Грейнджер. Только очень односторонняя. А удержание человека в заключении незаконно и подсудно…
— Она писала о нас всякие гадости!
— Не аргумент. Это решалось обращением в суд, — пожал плечами подросток. — Вы могли спросить совета у преподавателей и декана. Они бы помогли. Вы бы ещё и компенсацию могли срубить.
— Тебя никто не спрашивал! — запальчиво выкрикнул Уизли. — Пока нас поливали грязью, ты…
— Остановил травлю Поттера на факультете Хаффлпафф, а косвенно ещё и на Когтевране, — закончил фразу Найджел, не отводя взгляда от девчонки. — Да, ребята. Я боец невидимого фронта.
— Что-то я не заметил этого, — нахмурился национальный герой. — Меня дразнили все кому не лень…
— Поверь, Поттер, всё могло быть гораздо хуже… Но это уже дело прошлого. А сейчас я хотел бы получить банку с жуком.
— Да пошёл ты! — и рыжий гриффиндорец взмахнул палочкой. — Фурункул…
Резко дернувшись в сторону, Найджел снес с ног долговязого гриффиндорца и чувствительно впечатал его в стену купе. Поттер просто и незатейливо получил кулаком по очкам. Дернувшегося Уизли парень ещё раз крепко приложил головой о стену.
Воспользовавшись тем, что хаффлпаффец был занят, Грейджер попыталась обездвижить его со спины. На что тот выругался, от толчка ударившись головой об лоб Уизли.
— Ты, видно, не поняла, но я зачаровывал и свою одежду. И прежде всего от таких вот умников, как ты… — второе заклятие подросток принял на щит. Руны очень хороши, но и его болевому порогу есть предел! — Отдай банку, и никто больше не пострадает…
Через пять минут Найджел вернулся в купе к Салли-Энн, бережно прижимая к себе стеклянную тару.
— Что случилось? — девочка имела все основания задать этот вопрос — воротник мантии у парня был оторван наполовину, костяшки были сбиты, а на голове наливалась синевой шишка. — Ты с кем-то подрался?
— Что-то вроде… Достань, пожалуйста, из сумки экстракт бадьяна. Мне нельзя появляться в детдоме в таком виде. Не поймут.
Салли-Энн тихо обрабатывала следы «геройств» друга, пока сам он занимался починкой вещей, бурча сквозь зубы.
— Найджел, а что это за банка? Ты за неё в драку полез? И зачем?
