– Ты прав, – согласилась Бару и почувствовала, как в ее животе разливается тепло.
«Наверное, вино ударило мне в голову. Ничего, свой план я уже почти придумала», – сказала она себе.
Странно, но она не смогла сдержать веселья, вызванного чувством податливости мира под ее рукой.
– Жертвы будут, Мер Ло.
Площадь и Фиатный банк кишмя кишели солдатами.
Бару спешилась. Кошель с бумагами брякнул под левым локтем, а сердце – где-то под самым горлом.
– Вы! – указала она на первого гарнизонного офицера, попавшегося на глаза, – объясните мне, что случилось?
– Почетный караул, гос… ваше превосходительство, – ответил тот, кланяясь в пояс. – В банк прибыла с визитом ее превосходительство правоблюститель.
– А также – имперский счетовод. Известите их.
Офицер отступил, а Бару позволила себе поддаться панике. Зате Ява – здесь и сейчас? Совпадение или ответный ход? Невозможно понять. Впрочем – не важно. Ей нужно просто-напросто войти в здание и отдать распоряжения, которые остановят Тайн Ху.
Разве Зате Ява может ей помешать?
И Бару направилась к банковскому крыльцу, минуя ряды сине-серых, словно гребень морской волны, мундиров. По пути она гадала, внушила бы сабля на поясе солдатам почтение к счетоводу или, наоборот, – взбесила их до крайности.
– Имперский счетовод! – рявкнул офицер, объявляя о ее прибытии и… предавая ее.
Двери Фиатного банка распахнулись, и она прошла в зал писарей, украшенный охотничьими трофеями.
Теперь налево, вдоль стены, к кабинету принципал-фактора Бела Латемана.
Там ее и поджидала Зате Ява. Она попивала что-то из оловянной кружки в обществе принципал-фактора. Раздраженно вскинув взгляд и привстав, принципал-фактор произнес:
– Обратитесь к моему секре…
Внезапно его взгляд упал на символический кошель на поясе, и он узнал Бару. С плохо скрываемым отчаянием он плюхнулся в кресло и потянулся к своему высокому воротничку, проверяя, в порядке ли костюм.
– Ваше превосходительство! – воскликнула Зате Ява. – Пожалуйста, простите меня за то, что не встаю. Какое неожиданное удовольствие – видеть вас! Какая честь!
– Взаимно, ваше превосходительство. Кстати, для меня это удовольствие еще более неожиданное – мы ведь в банке, а не в суде.
Бару поцеловала ей руку. Взгляда вороньих глаз Зате было не избежать. Вероятно, Зате оттачивала его в течение десятилетий – во время долгих допросов…
Тайн Ху наверняка успела предупредить ее о том, что Бару все известно. Ладно. Бару справится.
– Я охочусь на вырожденцев – сектантов-икари. Бел Латеман оказал мне бесценную помощь, – проворковала Зате Ява, улыбаясь принципал-фактору. Тот поспешно кивнул, глаза его забегали, заметавшись между двумя посетительницами. – В конце концов, для устройства храмов им нужна недвижимость, а у любой недвижимости есть владелец. К ответу надо призвать и виновных, и их пособников – вольных или невольных.
Бару также одарила Бела Латемана улыбкой. Фалькрестиец, космополит и, судя по закушенной губе и бисеринам пота на лбу, явно недоволен своим положением. Пожалуй, следовало пообедать с ним, прежде чем устраивать набег на банк в компании морской пехоты.
– Замечательно, что мой принципал может оказать вам столь важную услугу. Пожалуйста, впредь не стесняйтесь обращаться прямо ко мне.
Ее принципал. Должно быть, сейчас бедолага вспоминает о судьбе двух прежних имперских счетоводов, под началом которых он успел послужить.
– Конечно же, я бы обратилась прямо к вам! Но ваш секретарь заявил, что вы отправились в Вультъяг, – ответила Зате Ява, безобразно подмигивая, как будто Вультъяг был сердцем не ее собственного заговора, а портовым борделем или чуть более импозантным домом свиданий. – Уверена, у вас есть дела к вашему принципал-фактору. Если они требуют приватности, я вполне могу подождать нужных сведений в общем зале.
– Нет-нет, – произнесла Бару, решительно отметая малейший намек на секретность. – Я хотела расспросить принципала об изменениях в денежно-кредитной политике и о ссудах, требующих одобрения. В общем, заняться хозяйственной рутиной.
– Но отчего же вы не прислали секретаря? – хмыкнула Зате Ява. – Он для этого и существует.
Бел Латеман не проронил ни слова, и его гротескная, точно приклеенная улыбка едва не повергла Бару в припадок нервного смеха. «Я чувствую то же самое, – хотелось сказать ей, однако она молча раскрыла кошель и извлекла из него распоряжения, скрепленные личной печатью счетовода, с пометками „срочно, секретно“».
– Ваше превосходительство, – вымолвила Бару, передавая их Латеману, – пожалуйста, проследите, чтобы все они вступили в силу немедленно.
Тот вежливо принял бумаги и чуть-чуть расслабился. Сейчас в его взгляде сквозила надежда – похоже, счетовод пришел в банк не с очередным обыском, а значит, принципалу незачем ломать голову над новым загадочным приказом Бару Корморан.
Ничего, зато теперь у него есть возможность проявить себя!
– Немедленно, – повторил он. – Так точно.
