Звонок. Телефон без хэндсфри вынуждает оставить работу. «Алё, срочно приезжайте, мы не знаем, что делать, у нас проблема…» Вежливо объясняю, что рабочий день кончился пять часов назад, и что даже если бы мог, уже бы не поехал, оставив на завтра. «Но мы же вам платим, срочно реагируйте, вы обязаны!» Предлагаю помочь удалённо, подсказать кому-то из персонала, какие нажать кнопки, чтобы до утра проблема не беспокоила, но в ответ всё то же непробиваемое: «А что мы? Ведь это ваша работа».
Да, это моя работа, и сейчас я тоже ей занят. Я у точно такого же клиента, как и вы, очень хочу качественно выполнить свои обязанности и отправиться поскорее домой. Я отреагирую на вызов и приеду решать вашу проблему при первой возможности, выделив вам время в начале дня, подвинув клиентов с менее срочными вызовами и снова продлив свой рабочий день на час-два.
Но сейчас вот уже одиннадцатый час вечера, и мне полагается отдыхать после (если бы!) восьмичасового рабочего дня. Мне хочется побыть дома с семьёй, поспать, нормально помыться, наконец, чтобы утром прийти к вам на заявку в чистой майке и не вонять потом неделю не стираной формой. Мне бы выспаться хотя бы часиков пять, чтобы решать вашу проблему свежими мозгами, а не высокой концентрацией кофе и энергетиков.
Утром, встретив меня на пороге своего дома или офиса, вы будете придирчиво оценивать меня и, стоя над душой, контролировать, как я отрабатываю деньги, заплаченные за вызов. Я буду символом и живым олицетворением вашей проблемы, причиной, заставившей вас бросить все важные дела и стоять тут, объясняя мне «элементарные вещи». Вы потом будете жаловаться коллегам на перекуре, что у техника пахли носки, что он такой рассеянный, что ходил три раза обратно к машине за забытыми бумагами или инструментом. И вспоминая, как невежливо я вчера ответил на ваш звонок, вы не задумаетесь ни на секунду, что именно этот пятнадцатиминутный торг и скандал стали причиной, по которой я вернулся домой за четыре часа до утреннего будильника. Вы будете искренне удивлены мой строгой, чёткой, деловой необщительности и даже не вспомните, сколько раз объясняли мне вечером, что я вам обязан, что я для вас лишь обслуживающий персонал, обязанный реагировать на ваши звонки. Вы будете придирчиво и демонстративно поглядывать на часы каждый раз, когда я отвечаю на рабочий телефон, и не вспомните, как я общался вчера с вами четверть часа, стоя вот так же где-то у другого клиента и тратя его и своё время. И уж точно вам не придёт в голову, что вас таких у меня в день по десять человек на восемь часов рабочего дня, и что всем вам надо именно сейчас, именно в этот момент, именно в этот обеденный перерыв…
Это моя работа. Это мои будни. Я привык и даже люблю свою работу, несмотря на такие вот неудачные дни и нервных клиентов. Меня задолбали даже не эти клиенты и не начальник, звонящий поздно вечером с удивлением: «Ка-а-ак, ты ещё работаешь?», чтобы утром начать пилить за пятиминутное опоздание. Меня задолбало то, что таких людей с каждым годом всё больше; что люди, заплатив моему начальнику шестьсот рублей за вызов, вдруг перестают быть людьми и превращаются в хозяев, платящих бабло, и забывают, что перед ними человек. Обычный живой человек.
12:45 21.10.2011, Они задолбали!
Я нищебродка.
Рано утром меня выгнали из маршрутного такси, потому что я не смогла в нём расплатиться. По пути на работу я забежала в магазинчик, дабы прикупить себе булочку на обед, но и оттуда была выгнана с позором. После работы я решила заглянуть в спортклуб и солярий, так как стараюсь в любое время года выглядеть подтянутой и загорелой, но заплатить — увы! — не смогла и там.
Планы (а с ними и настроение) разрушились окончательно, когда я, отчаявшись, направила свои стопы в супермаркет около дома. Пристроившись было с корзинкой в конец и честно отстояв всю очередь, я услышала от продавщицы всё ту же кодовую фразу-заклинание:
— Девушка, я вам не сдам!
И пошла я, уныло понурив голову, со своей тысячей рублей одной бумажкой домой, предвкушая суп без хлеба и чай без конфетки. Недействительна в России нынче такая купюра.
13:15 21.10.2011, Они задолбали!
Мозг, говорите, умер у сервисников? Не-е-ет, там другой орган отказал.
Совестью зовётся. Феномен атрофии совести распространён столь же широко, как зайчизм в подмосковных электричках.
Звонок. Знакомая девочка сквозь слезы рассказывает грустную историю о том, как пришёл компьютерщик и ушли десять тысяч. Прихожу, утешаю, обнимаю, читаю счёт, фигею. Установка драйверов — 600 рублей за штуку, установка антивируса — 1600, регистрация антивируса в интернете — 800… Зачем вызывала легализованных грабителей? Оказывается, по телефону было обещано: полторы тысячи рублей за всё. «Мастер» работал молча, согласия на дополнительную работу не спрашивал, просто выкатил счёт, пригрозил полицией и проблемами с выездом за рубеж, унёс деньги и нахамил напоследок.
