— Кого, задницу? — невинно уточнила Мист.
— И ее тоже, — гордо ответил парень, решительно ускоряя шаг, чтобы у Мист не хватало дыхания на ехидство.
Последний город был пуст. С каким бы замиранием сердца Мист не входила в него, с каким бы затаенным ужасом не проходила по центральной улице к площади — там никого не было, ни Мейли, ни Грэнаша, как бы тот не выглядел. Только багровая трещина на небе звала все сильнее, и в этом зове терялось ощущение той нити, что вела их раньше. — У меня два вопроса, — наконец, сказала девушка, присаживаясь на обломок какой-то стены и подпирая голову рукой.
— Всего два? Да ты счастливица, — уныловато отозвался Торрен, продолжая оглядываться вокруг, словно подозревая, что паскудник Мейли решил поиграть с ними в прятки. Впрочем, такое тоже запросто могло быть.
— Два самых насущных, — не стала придираться девушка. — Первый, что нужно сделать, чтобы оборвать чертову нить и закрыть проход, это раз.
— И два, где Мейли?
— И два, как нам вернуться назад. Мейли меня сейчас, как раз, не особенно волнует.
— Зато он знает и то, и то.
— Вероятно, — не стала спорить Мист, поглядывая на багровую рану в небесах. — Но наша задача не найти его, а достигнуть цели и вернуться невредимыми. Рах? Какие-нибудь ценные мысли или знания на тему?
— А это почему ты его спрашиваешь, а не меня? — обиделся Торрен, не то всерьез, не то в самом деле.
— А у тебя, что, есть ценные мысли или знания? — выгнула бровь Мист.
— Не очень. Но ты могла бы и спросить.
— Дым и пепел, — вздохнула девушка, устало потирая щеку. — Ладно. Ставим вопрос иначе. Мальчики, у кого есть соображения по поводу любой из наших целей?
— Я могу предположить, — осторожно начал Эррах, с опаской оглядываясь на Торрена, но тот милостиво кивнул, мол, валяй. — Что для обрыва нити достаточно пройти по ней до источника, то есть, сюда, и исчезнуть. Уйти туда, — он махнул в сторону багровой трещины, — либо вернуться. Но как вернуться — я не представляю.
— Он тогда тебе просто приказал, — вспомнил Торрен, отвлекаясь от созерцания руин. — Назвал по своему, и приказал. Глядь, так и надо?
— Хммм, — Мист поджала губу, потом протянула обе руки вперед, чтобы ее спутники за нее взялись, и сказала четко и звонко. — Эола Эйиладд!
И ничего не случилось.
— Не покатило, — вздохнула парень. — А я то обрадовался, что дал умный совет.
Девушка выпустила ладони Торрена и Эрраха и задумалась снова, вспоминая по очереди все свои вояжи в этот полуреальный мир: сначала она, действительно, пробуждалась от данного ей ар-Маэрэ имени — она подозревала, что это его “Эола Эйиладд” сродни “Симорелю” и “Эриахилю”, какое-то особое обозначение, которое резонирует с тем, что в религии и магии называют душой и дает тем самым определенную меру власти. И, да, похоже, используя эту власть, Мейли просто приказывал ей вернуться, и она возвращалась обратно в мир, не в силах противиться — “имя” стало ее ключом. Однако, когда она использовала эту установленную связь сама, лишая Мейли этого способа контроля над собой, он добавил другие условия, которые определяли ее возможность покинуть сон о Домене Пепла. И последним ключом, которым пришлось воспользоваться неурочно, когда ар-Маэрэ толком ничего не успел ей сказать, была дверь.
Мист вскинулась и огляделась кругом.
— Слушайте. Найдите мне дверь!
— Чего? — не понял Торрен. — Какую дверь?
— Любую.
— Откуда тут дверь?
— Ну, может, есть? Руины домов есть. Глядь, — она выделила это слово с огромным неудовольствием, — и дверь найдется.
— Во, женщины, — вздохнул Торрен. — Дверь ей подавай. В долине-то пепла.
Эррах с сомнением посмотрел на Мист, но выяснять подробности скромно не рискнул, предпочитая выполнять приказы, а не обсуждать их. Поэтому он храбро полез на руины стены, пытаясь по ним забраться повыше, чтобы разглядеть побольше. Оценив замысел, Торрен присоединился к его усилиям, страхуя от падения и подставляя плечо, где надо, а Мист со своего насеста только скорбно наблюдала за тем, как они корячатся.
Посетившая ее идея с дверью была хороша, но вот что делать, если она не сработает? И вправду, что ли, Мейли искать? Да они будут вечно бродить по полям пепла, причем натурально выражаясь.
Невеселые размышления прервал радостный возглас Эрраха, плавно переходящий в испуганный, когда он-таки сорвался с края камня и полетел вниз, на страхующего его Торрена. Звук гулко раскатился по Последнему городу, одинокий и от этого страшноватый, заставляя старый пепел зашевелиться.
Мист вздрогнула и огляделась кругом, словно они уже не привлекли бы внимание любого местного обитателя своей возней.
— Что там?
— Дверь! — радостно сообщил Рах, когда Торрен, успевший прервать его полет, поставил субтильного эльфа на ноги. — Правда, она не на петлях, просто прислонена, вроде.
— Не важно, — рассудила Мист. — Веди.
