— Он может быть и полуэльфом, как лэри Акринна, — пожала плечами Мист. — Такой, что от человека отличить можно только если твердо знать, что искать. Да и если моя догадка верна, местные правители вполне могут и закрывать глаза на такое происхождение своих подданных.
— Это еще почему? Потомки Святого Амайрила уж точно жечь должны еретиков, — не согласился Торрен.
— Да, но только никакой Святой Амайрил тут и рядом не проходил, — хмыкнула Мист. — Судя по всему, основатель рода Имрэйсов — как раз тот самый темный маг из Башни. А как звали триста лет назад главного по Башням?
— Мейли? — удивленно угадал Торрен. — Стоп. Стоп-стоп, Виль не потомок Святого Амайрила, а потомок Мейли? Это, вообще, как?
Мист пожала плечами.
— Так или не так, а священный наш, но не святой ар-Маэрэ Иллемэйр имел роман со вдовой мельничихой с Крайнего Хутора и был за это бит. Ни о каком ребенке он, вроде как, не знал, но и не возвращался он сюда больше. Поэтому, может, и Башня вымарана на карте.
— А логично, — похвалил Торрен, все еще бурно обдумывающий новые открытия. — Получается, Виль мог быть типа-полуэльфом, что ли?
— Если линия Вашего друга идет от ар-Маэрэ Иллемэйра, то эльфийской крови в нем не так уж и много, — вставил Эррах свои профессорским тоном. — Это было, согласуясь с продолжительностью жизни и брачным возрастом ваэрле, порядка четырнадцати поколений назад.
— В общем, истончилась уже кровь, — кивнула Мист. — Вместе с благословением.
— Одна…. шестнадцать тысяч… триста восемьдесят четвертая часть, — внезапно посчитал Торрен. — Эльфийской этой крови. И долей-то не назовешь, капля и есть. Так далеко назад и у меня, может, какие эльфы в роду бывали, — рассудил парень и поморщился от этой мысли.
— Не расстраивайся, эльфы не так часто заводили детей с людьми, — утешила его Мист. — Да и по твоему виду, у тебя, скорее, могли орки или тергвар в роду затесаться, и совсем не эльфы.
— Это да, — согласился Торрен, тут же ободренно выпрямляясь. — Айя говорила, я совсем как орк!
— Я даже не буду спрашивать, в каких именно местах ты “какорк”, - хмыкнула Мист.
— В каких нужно, — бесстыдно отозвался Торрен и громко, крайне немелодично заорал песню про жареного цыпленка, которую по сотому или двухсотому кругу и продолжал распевать, когда они подошли к гостеприимно распахнутым воротам постоялого двора. Вывески на нем не было — только густые, колючие заросли терновника обступали забор. Видимо, те, кому надо, и безо всяких вывесок находили это место.
— Гонишь, все гонишь, потом зовешь? — отозвался пепел на ветру, начиная виться спиралями и кругами, обрисовывая смутные очертания фигуры. Линии пробовали сложиться так или иначе, смутно вырисовывая, словно наброском, то чудовищную фигуру с рогами и крыльями, то стариковские тонкие руки и горб, то молодого мужчину с волосами и одеждой, сотканной из сыпучего пепла. — Значит, я тебе нужен, Головешка.
— Сейчас — нужен. Я хочу сделку, — твердо сказал Мейли.
— И что же ты можешь мне предложить, ты, стоящий у последнего порога, пока я тебя за него не толкнул?
Изнутри доносился гул голосов и звуки разудалой музыки. Мист и Торрен, переглянувшись, вместе распахнули дверь и почти в ногу вошли внутрь, и Эррах торопливо последовал за ними, стараясь не врезаться в спины своих спутников.
Внутри, несмотря на разгар дня, царил сумрак и дым коромыслом. Кто-то блевал в углу, кто-то громко и неприлично ржал, кто-то пьяно отплясывал на скамье, пытаясь залезть на стол: пожалуй, в студенческом “Встающем Солнце” и то было тихо и спокойно по сравнению с этим угаром.
— Ничего себе, дым и пепел, — прокомментировала Мист, прячась за спину от идущего мимо них по синусоиде индивида.
— Красота-то какая, лепота, — с умилением сказал Торрен, любовно оглядывая публику. — Жаль, с Вилем я сюда не попал. А то с вами, занудами, скукота, и в настроение, так сказать, заведения, ну никак не попасть.
— Я тебе попаду, — пригрозила Мист, но тут же немного смягчилась. — Но один стакан пива я тебе прощу.
— Два!
— И кто из нас зануда?
— Ну, не я же. Я торгаш! — гордо ответил Торрен, кладя руку на рукоятку своего огромного меча и приосаниваясь.
— Торгаш! — возмутилась Мист. — Ладно, два.
— По рукам, — просиял Торрен, ухватил своих спутников за руки и ввинтился в орущую, поющую, танцующую, жующую и выпивающую толпу, толкаясь и беззлобно переругиваясь, пробиваясь к барной стойке, за которой скучал юноша с темными, длинными, тщательно прилизанными волосами. У него были резкие, не слишком привлекательные черты лица и внимательные серо-синие глаза, которыми он тщательно отслеживал, кажется, абсолютно все, что происходило вокруг.
— Доброго здоровьечка, — поприветствовал его Торрен, подходя и втискиваясь между завсегдатаями к стойке. Пристроив свою задницу, он аккуратно отжал пару человек подальше, подвигая к себе своих спутников.
— И тебе, мил человек, — ответил юноша. — С чем пожаловал?
— С проблемами. А пива-то можно?
— За три, пять или десять? — почти равнодушно осведомился юноша.
