– Идея, – согласилась девушка. – Эй, Рах, переведи на эльфийский “Крайний хутор”?
– Киррв Сетта, – отсутствующе ответил эльф.
– Киррв Сетта, мит-Киррв Сетта, син-Киррв Сетта, – перебрала Мист с тем же нулевым успехом. – Еще идеи?
– Задница, – снова предложил свои версии Торрен. – Выстроков язык.
Мист прыснула от смеха и покачала головой, вспоминая рассказ Ийиливы про не самый удачный из романов Мейли-из-Сполохов.
– Лэр Сорс? А как звали мать героя Иммеррейса?
– Сантана, – не оборачиваясь, буркнул тот. – А что?
– Ничего. Просто интересно. Мит-Сантана, – попробовала Мист и, к ее некоторому удивлению, рука начала погружаться в камень.
– Глядь, оно, – обрадовался Торрен.– И как ты догадалась?
– Я же говорила, я умная, – буркнула Мист, не желая признавать,что догадка была совершенно случайной. Просто это было очень по-Мейливски – назвать так башню. Может, и подземную он как-то так назвал?..Озаренная догадкой, Мист вытащила руку и попробовала. – Камия!
– Глядь, – повторил Торрен, вылупив глаза. – Это что, подземная?
– Ну, – подтвердила Мист с оттенком гордости, и с сожалением вытащила ладонь из толщи камня – сейчас явно было не время для храбрых исследования глубин мироздания и идиосинкразий мертвого эльфа. – А теперь, внимание, вопрос. Сколько еще башен названо именами девиц, к которым он бегал на свидания?
– М, – глубокомысленно изрек Торрен и добавил громче, вдумавшись. – М! Вот это гениально! Сразу помнишь, к которой идешь! Вот он умный мужик-то был!
– Умный-то умный, а на чем-то прокололся, – напомнила Мист. – Ну, что, попробуем выйти вниз? Всех берем?
– Кроме вонючки, – сориентировался Торрен. – Вдруг сразу на драчку нарвемся? под ногами путаться будет.
– Логично, – согласилась Мист. – А как лэру все это объяснить?
– Помолиться, – серьезно сказал Торрен и помахал бровями.
– Ты серьезно?
– Абсолютно, – хмыкнул парень, после чего крякнул, опустился на колени и громко, с выражением, начал читать молитву – предусмотрительно, одну из тех, которую заставил выучить своих нерелигиозных спутников – на всякий случай. -Эйн, в единости благой, твоим именем единство осени и скрепи, очисти нас от зла, изгони силы злые и души, что холодней льда, – уверенно читал он, и Мист с Эррахом, подыгрывая, опустились на колени рядом с ним, пытаясь вторить. Поглядев на них, Сорс, будучи наследственно-религиозным и воспитанным в должном почтении к Церкви, тоже встал на колени рядом с ними, вознося мольбу Эйну, хоть не слишком понимал, зачем это. Однако, закончив канонические слова, Торрен уверенно продолжил. – Молитву нашу прими и путь из западни нам покажи, не ради себя, ради справедливости твоим именем просим. Выведи нас из колдовской пучины, дай нам дорогу в свет, чтобы наказать предателей и убийц осененных тобой. Выведи нас, Всеблагой, Единый, – воззвал Торрен, протянул руку Раху, тот взял полуинертную руку Воина, и Мист подхватилась с другой стороны, протянула ладонь Сорсу, плотно охватывая его сильные пальцы. Торрен поднялся, прислоняясь к стене и шепча под нос слова перехода, и все они по очереди стали погружаться в толщу стены, под удивленный возглас Сорса.
Этот же возглас спустя секунды, дезориентацию и расстояние встретил их на другой стороне, смешиваясь с другим – испуганным, возмущенным, недоуменным – и женским.
Они стояли, видимо, в тронном зале – высоком, длинном, со светлыми окнами – и в конце его был пустой трон, рядом с которым стояли двое, видимо, застигнутых врасплох – высоченный бледный мужчина и тонкая, светловолосая Элианна.
– Ага, – сказала Мист, выпуская руки своих спутников и разминая, словно готовясь играть на музыкальном инструменте. – Карн Д Рагорн, я полагаю? И лэри, которую я так рада видеть.
– Элианна, – Сорс, потрясенно оглядываясь, встряхнулся, словно большая собака, сбрасывая сомнения и ненужные мысли. – Этот человек связан с Раджехогом, и именно он принес скверну восставших мертвецов, и именно он…
Помощник Алгара поднял руку с какой-то трубкой, не собираясь дослушивать, и только мгновенная реакция Воина спасла всю группу пришлецов от опаляющей вспышки, вырвавшейся из дула странного оружия: он выпрямился, как пружина, резко сбивая всех своих спутников с ног, раскидывая в разные стороны, так что белая смерть прошла мимо и поверх их голов. Только стоило вспышке миновать, как Воин, почти распластавшись по полу, метнулся к Карну, набрасываясь хищным прыжком, и они покатились по полу, как дикие звери, пытаясь чуть ли не горло друг другу выгрызть.
– Элианна, – повторил Сорс, а девушка, кривясь, подняла выроненную Карном трубку и наставила на своего дядю.
– Нет, – подумав, сказала она и перевела опаленное дуло на остальных троих. – Ты нужен мне целым, если не живым, дорогой дядя. А вот по ним никто скучать не будет, – и она выстрелила.
Торрен попытался закрыть Мист, и Эррах тоже, и они столкнулись все трое вместе, потому что Мист инстинктивно шагнула вперед, выставляя вперед левую руку, чтобы принять удар на себя.
