– Майгдин! – обратилась к ней Фэйли. – Ты в порядке?
Солнечноволосая служанка, выглядевшая будто оглушённой, повернулась к Перрину:
– Милорд, не могли бы вы повторить то, что только что сказали?
– Что? – переспросил Перрин. – Женщина, что с тобой?
– Вы сказали, что один из Отрёкшихся обосновался в Андоре, – сказала Майгдин ровным голосом. При этом она одарила его таким пронзительным взглядом, на который способна любая Айз Седай. – Вы уверены в том, что не ослышались?
Перрин уселся обратно на подушку, почёсывая подбородок.
– Насколько вообще могу быть уверен. Это было давно, но я знаю, что Ранд был в этом убеждён. Он сражался с кем-то в андорском дворце Единой Силой.
– Его звали Гэйбрил, – вмешалась Сулин. – Я была там. Молнии били с чистого неба. Нет сомнений, что это была Единая Сила. И один из Отрёкшихся.
– Некоторые в Андоре утверждают, что Кар’а’карн говорил об этом, – добавила Эдарра. – Он сказал, что этот Гэйбрил использовал запретные плетения на мокроземцах во дворце, искажая их разум и заставляя их думать и делать то, что он пожелает.
– Майгдин, да в чём дело? – вновь спросил Перрин. – Свет, женщина, он же мёртв! Тебе нечего бояться.
– Прошу меня извинить, – ответила Майгдин и вышла из шатра, оставив поднос и разбитый фарфор цвета поделочной кости валяться на земле.
– Я позабочусь о ней позже, – смущённо проговорила Фэйли. – Она в смятении оттого, что, оказывается, жила совсем рядом с одним из Отрёкшихся. Ты же знаешь, что она из Кэймлина.
Окружающие закивали, а оставшиеся слуги начали наводить порядок. Перрин понял, что чая он больше не получит. «Вот дурак, – подумал он. – Большую часть прожитой жизни обходился без приказаний подать чай! Ну и сейчас не помрёшь от того, что никто не дольёт тебе чая по мановению руки».
– Продолжим, – сказал он, усаживаясь на подушках поудобнее. На этих треклятых штуковинах никак не удавалось нормально устроиться.
– Мой доклад окончен, – заявила Сеонид, подчёркнуто игнорируя слугу, убиравшего на полу перед ней осколки фарфора.
– Моё решение не изменилось, – сказал Перрин. – Сначала нужно разобраться с Белоплащниками. Затем мы отправимся в Андор, и я поговорю с Илэйн. Грейди, как ты себя чувствуешь?
Обветренный Аша’ман в чёрном мундире поднял голову, продолжая сидеть на своём месте:
– Я полностью оправился после болезни, милорд, и Неалд практически тоже.
– Но ты всё ещё выглядишь уставшим, – возразил Перрин.
– Да, – согласился Грейди, – но, испепели меня Свет, я чувствую себя лучше, чем после многодневной работы в поле до того, как отправился в Чёрную Башню.
– Пора начинать отправлять беженцев по домам, – сказал Перрин. – С этим Кругом ты можешь дольше удерживать Врата открытыми?
– Я не вполне уверен. В Круге я всё равно устаю. Может даже сильнее. Но с помощью женщин я могу делать Врата намного больше и достаточно широкие, чтобы через них разом проезжали две повозки.
– Хорошо. Начнём с простых людей. Каждый человек, возвращённый домой, будет для меня как камень с души.
– А если они не захотят уходить? – спросил Тэм. – Перрин, многие из них занялись военной подготовкой. Они знают, что надвигается, и предпочитают встретить это здесь и с тобой, а не отсиживаться по домам.
Свет! Неужели в этом лагере нет никого, кто хотел бы вернуться к своим семьям?
– Уверен, что есть и такие, кто захочет вернуться домой.
– Кто-то захочет, – согласился Тэм.
– Вспомни, – вмешалась Фэйли, – что Шайдо отослали прочь всех старых и немощных пленников.
Арганда кивнул:
– Я проинспекировал новые отряды. Всё больше и больше гай’шайн отходят от оцепенения, и тогда они становятся крепкими бойцами. Как многие хорошие солдаты, на моей памяти.
– Некоторые захотят повидать семью, – вновь заговорил Тэм, – но только если ты позволишь им вернуться обратно. Они видят это небо, и знают, что грядёт.
– Пока мы отошлём только тех, кто захочет уйти и остаться дома, – ответил Перрин. – С остальными я смогу разобраться только после того, как закончу с Белоплащниками.
– Превосходно, – горячо произнёс Галленне. – У тебя есть план нападения?
– Что ж, – ответил Перрин, – я полагаю, что если они будут так любезны и построятся, то мы задействуем против них лучников, а так же направляющих Силу, и покончим с ними.
– Я поддерживаю этот план, – сказал Галленне, – при условии, что мои люди смогут провести атаку и добить оставшийся после этого сброд.
– Балвер, – промолвил Перрин. – Напиши Белоплащникам. Сообщи, что мы будем сражаться, и пусть они выбирают место.
Сказав это, он ощутил странное нежелание. Убивать столько людей, которые могли бы сражаться с Тенью, казалось расточительным. Но способа избежать этого он не находил.
Балвер кивнул, от него запахло жестокостью. Чем же ему так досадили Белоплащники? Невзрачный секретарь был просто одержим ими.
