– Послушай, если Новиков нашелся, вам с Иваном больше нечего там делать. Отправляйтесь домой сегодня же. У нас тут в офисе полно дел, мы совсем зашились, пашем с Тимуром вдвоем за всех. Еще и Федор на работу не пришел.
Кристина специально подбирала слова, чтобы пробудить в Асе чувство вины перед коллегами и заставить ее и Ивана срочно вернуться. Но не тут-то было.
– Я не могу сейчас уехать. Прости, пожалуйста! Варвара Андреевна в больнице в тяжелом состоянии. Федор вчера должен был связаться с ее внучкой, попросить приехать. Пока она не появится, я никуда не уеду. Сейчас Иван придет и отвезет меня к ней в больницу.
– А где он? – у Кристины еще тлела надежда уговорить вернуться Рыбака.
– Разговаривает с Даниилом. То есть с капитаном Крыловым.
– Я очень хочу с ним пообщаться. Попроси его перезвонить мне, как освободится, хорошо?
Асе и самой очень хотелось узнать, о чем так долго беседуют Рыбак с Крыловым, но врожденная деликатность мешала ей вмешаться в мужской разговор. Просьба Кристины стала весомой причиной это сделать.
– Какой тест ДНК! О чем ты! Я до сих пор не получил из лаборатории заключение насчет пилюль, обнаруженных у Марс. ДНК будут месяц делать. К тому же у нас нет качественного материала для исследования. Зубную щетку и бритву Новикова дочь выбросила – ей, видите ли, грустно на них смотреть. А насчет себя она сказала, что Сергей Егорович не являлся ее биологическим отцом, мать забеременела от какого-то деревенского парня, чтобы женить его на себе. Он уже тогда был завидным женихом, – курсант, будущий офицер, а она – деревенская девчонка.
При этих словах в груди у Аси что-то толкнулось. И еще раз. А в голове раздался голос Ариадны: врет! И снова толчок. Дар Ариадны, вот, значит, как он проявляется. Наверное, подобное чувствовал Тиль Уленшпигель, когда пепел Клааса стучал в его сердце[17].
– Это неправда! – закричала она. – Не понимаю, зачем Антонине это надо, но Сергей Егорович ее настоящий отец. Я читала!
Взгляд Крылова, обращенный на Асю, был пропитан сарказмом пополам с жалостью, словно бисквитный торт.
– Давайте так, – предложил он компромиссный вариант, – мы сейчас с родственниками Новикова едем в морг. Если они опознают тело, значит, так тому и быть. А если выразят хоть малое сомнение…
– Это не он! Я знаю. – Ася говорила с такой горячностью, какой Иван прежде не видел.
«Еще немного, и она бросится на Крылова», – подумал он и поспешил от греха подальше увести не в меру разбушевавшуюся подругу.
– Не шуми, Аська, – сказал он, заведя ее в комнату. – Хочешь ДНК? Будет тебе ДНК. Ермолаева загрузим, пусть подсуетится. Чуть что, попросим Кристину дать добро на материальное стимулирование работников морга и лаборатории. Сейчас эти монстры, Эдичка и Антонина, уедут, я заберу их зубные щетки, и отдам Глебу. Надежнее, конечно, было бы Михалычу нашему, но Ермолаеву ближе.
– А вдруг они возмутятся, заметив пропажу щеток?
– Ну и ладно. Пусть пишут заявление о краже Крылову. Сама видела, как он на все реагирует.
Со щетками все получилось как нельзя лучше – экономные родственники Новикова воспользовались запасами туалетных принадлежностей, которые хранились в шкафчике в ванной. Иван лишь взял обе использованные щетки и заменил их аналогичными.
Глеб на просьбу сделать срочный анализ ДНК ответил положительно и от денежного поощрения лаборантов и сотрудников морга наотрез отказался.
– Они у меня и так неплохо имеют. Попрошу, чтобы сделали как можно оперативнее. Еще какие-нибудь просьбы будут?
– Я хочу навестить Варвару Андреевну, – сказала Ася. – Она в реанимации до сих пор, боюсь, что не пустят.
– Распоряжусь. Что еще?
Ася снова ощутила толчок в сердце.
– Скажите, Глеб, – ей показалось, что даже в голосе у нее появились интонации Ариадны, – вам, случайно, ничего не говорит имя Олимпиада?
– Олимпиада? Еще одна родственница Ариадны Марс? – усмехнулся Рыбак.
Крылов нисколько не удивился вопросу:
– Конечно, говорит. Это же Липа Петровна, обитательница четвертого флигеля. Я вам о ней рассказывал, кажется.
– Липа Петровна – Олимпиада Воронцова? – Ася не верила своим ушам. Значит, Новиков нашел-таки свою Олю! – Но подождите! Ариадна говорила, что Липа Петровна… Олимпиада… незрячая.
– Да, у нее на фоне сахарного диабета развилась диабетическая ретинопатия. Как я понял, у нее это наследственное – у кого-то из родителей была подобная проблема. Случай запущенный, такое не лечится. Но у Ариадны Марс было свое мнение на этот счет. Насколько я понял, это был социальный эксперимент Марс, Варвары Андреевны, а также примкнувших к ним Мати и моей тещи. Нашли клинику, где за очень большие деньги проводили инновационное лечение. Липа Петровна денег ни у кого брать не хотела, но тут, как по заказу, умер дальний родственник ее мужа…
Ася кивала – она все это уже слышала. Родственник в Дубае оставил квартиру… Новиков взял кредит и купил апартаменты в Дубае… Обрывки мыслей крутились в голове, отказываясь складываться во что-то конкретное. Нет, нужно срочно поговорить с Кристиной! По видеосвязи.
