Некоторое время Саймон смотрел на них, а потом побрел дальше. Он знал, что должен отыскать своих друзей, но сейчас чувствовал себя таким измученным, что ему пришлось полностью сосредоточиться на том, чтобы переставлять ноги. Кто-то протянул ему чашу с вином, Саймон осушил ее и вернул, потом сделал еще несколько неверных шагов вверх, туда, где горели лагерные костры. Теперь, когда сражение на сегодня закончилось, некоторые женщины Нового Гадринсетта спустились вниз — они принесли еду и ухаживали за ранеными. Одна из них, молодая девушка с длинными волосами, протянула Саймону миску с чем-то горячим. Он попытался поблагодарить, но у него не осталось сил и он не сумел произнести ни слова.
Хотя солнце только сейчас коснулось западного горизонта и день не закончился, Саймон доел суп и, не сняв доспехов, повалился на грязную землю. Он лишь сбросил шлем и подложил под голову плащ. Искательница осталась стоять рядом, пощипывая худосочную траву, которую еще не успели затоптать. Почти сразу Саймон почувствовал, что засыпает. Ему казалось, будто мир принялся раскачиваться вокруг него, словно он лежал на палубе большого, медленно плывшего корабля. Сумерки быстро сгущались, но ночь еще не наступила, глубокий, всепоглощающий мрак поднимался откуда-то из его тела. Он знал, что, если это сон, на сей раз не будет башен или гигантских колес. Он увидит ржущих лошадей и крысу, тонущую в бочке с дождевой водой.
Исаак, юный паж, наклонился к жаровне, пытаясь согреться. Он промерз до самых костей. Снаружи ветер дергал за веревки и трепал стены огромного шатра герцога Фенгболда, словно рассчитывал сорвать его и унести в ночь. Исаак жалел, что ему пришлось покинуть Хейхолт.
— Мальчик! — позвал Фенгболд, который с трудом сдерживал злость. — Где мое вино?
— Подогревается, милорд, — ответил Исаак.
Он вытащил железо из кувшина и подошел, чтобы наполнить кубок герцога.
Фенгболд, не обращая внимания на пажа, повернулся к Леждраке, который стоял с хмурым видом, все еще одетый в кожаные доспехи, покрытые кровью. Герцог, напротив, успел принять ванну — Исааку пришлось нагреть множество котелков с водой на единственной жаровне — и надел халат из красного шелка и туфли из оленьей кожи, длинные черные волосы влажными кольцами спадали ему на плечи.
— Я больше не стану слушать твои бредни, — заявил он капитану наемников.
— Бредни? — прорычал Леждрака. — И ты говоришь это
Фенгболд прищурился.
— Тебе придется научиться говорить более уважительно, обитатель равнин.
Леждрака стиснул кулаки, но продолжал держать руки вдоль тела.
— И все же? Я их видел — как и ты.
Герцог презрительно фыркнул.
— Я видел отряд гномов — уродов вроде тех, что скачут перед тронами большинства владык Светлого Арда. Это не ситхи, что бы там ни утверждали Джошуа или поломойка Джелой.
— Про гномов или волшебный народ я ничего не могу доказать, но Джелой не обычная женщина — ее имя хорошо знают в лугах, и ее боятся. Мужчины, которые уходили в ее лес, не вернулись.
— Чушь! — Фенгболд опустошил кубок. — Я не насмехаюсь над темными силами… — Он смолк, словно его посетили неприятные воспоминания. — Я не смеюсь над ними, но и над собой потешаться не позволю. И меня не напугают фокусы, которые производят впечатление на суеверных дикарей.
Некоторое время тритинг смотрел на него, потом его лицо стало холодным и совершенно спокойным.
— Твой хозяин, судя по тому, что ты рассказал, сам склонен к тому, что ты называешь «суевериями».
Ответный взгляд Фенгболда был столь же холодным.
— Я никого не называю хозяином. Элиас король, и все. — Затем его надменность исчезла. — Исаак! — нетерпеливо позвал он. — Еще вина, будь ты проклят. — Когда паж к нему поспешил, Фенгболд тряхнул головой. — Хватит спорить из-за ерунды. У нас есть проблема, Леждрака. И я хочу ее решить.
Вождь наемников скрестил руки на груди.
— Моим людям не нравится, что у Джошуа магические союзники, — прорычал он, — но не беспокойся, они не трусливые бабы и будут сражаться в любом случае. В наших древних легендах говорится, что кровь волшебного народа ничем не отличается от крови обычных людей. Сегодня мы это доказали.
Фенгболд сделал нетерпеливый жест.
— Но мы не можем победить их так, как мы рассчитывали. Они оказались сильнее, чем я думал. Разве я смогу посмотреть в глаза Элиасу, если большая часть его эркингардов погибнет от рук нескольких загнанных в угол крестьян? — Он постучал пальцем по краю кубка. — Нет, есть другие способы, которые позволят нам вернуться в Эркинланд с триумфом.
Леждрака фыркнул.
— Других способов не существует. Ты имеешь в виду какой-то тайный путь, скрытый проход, о котором ты говорил раньше? Твои шпионы не вернулись, как я заметил. Нет, нам остается только продолжить то, что мы начали. И мы уничтожим их всех до последнего.
Фенгболд больше не обращал на Леждраку внимания. Он посмотрел на вход в шатер, где стоял солдат, не решавшийся войти.
— Ну, чего тебе? — спросил герцог.
Солдат опустился на одно колено.
— Меня прислал капитан, милорд…
