Великий русский писатель Лев Николаевич Толстой в 1859 году открыл в своём имении Ясная Поляна школу для крестьянских детей и лично занялся их обучением. Толстому хотелось, чтобы его ученики получали знания по многим предметам: чтению, письму, арифметике, русской истории, математике и другим. Он хотел также приохотить их к труду на земле – ребята сеяли и выращивали лён, горох, морковь, репу, сами убирали урожай. Именно для них он создал «учебные книги» – «Азбуку», «Новую азбуку» и четыре «Русские книги для чтения».
Половину этих «учебных книг» занимают басни. Им писатель придавал особое значение, ведь в них заключены «намёки», из которых надо уметь извлекать добрые, полезные, нравственные уроки. В годы работы над «Азбукой» Лев Николаевич усиленно изучал греческий язык. И его приводили в восхищение басни родоначальника басенного жанра Эзопа.
Толстой решил перевести басни Эзопа заново и сделал это не стихами, a прозой. Ему казалось, что в стихотворных переводах много отступлений от эзоповских подлинников: вводятся излишние подробности, слишком длинно и скучно излагается в концовках басен «мораль» – то есть то, чему они учат. В баснях Эзопа Лев Николаевич, по его словам, находил «мужицкий здравый смысл» и был недоволен, когда переводчики его нарушали. Все знают знаменитую басню «Ворона и Лисица». И во французском, и в русском её переводах сказано, что вороне «где-то Бог послал кусочек сыру». Однако «ни вороне, ни лисице не свойственно питаться сыром, – говорил Толстой. – Насколько лучше сказано у Эзопа: «Ворон держал в клюве кусок мяса». И он решительно восстановил в переводе эзоповское название басни «Ворон и Лисица».
Лисица увидала – висят спелые кисти винограда и стала прилаживаться, как бы их съесть.
Она долго билась, но не могла достать. Чтобы досаду заглушить, она говорит:
– Зелены ещё.
Осёл надел львиную шкуру, и все думали – лев. Побежал народ и скотина. Подул ветер, шкура распахнулась, и стало видно осла. Сбежался народ: исколотили осла.
Волк увидал – ягнёнок пьёт у реки. Захотелось волку съесть ягнёнка, и стал он к нему придираться:
– Ты, – говорит, – мне воду мутишь и пить не даёшь.
Ягнёнок говорит:
– Ах, волк, как я могу тебе воду мутить? Ведь я ниже по воде стою, да и то кончиками губ пью.
А волк говорит:
– Ну так зачем ты прошлым летом моего отца ругал?
Ягнёнок говорит:
– Да я, волк, и не родился ещё прошлым летом.
Волк рассердился и говорит:
– Тебя не переговоришь. Так я натощак, за то и съем тебя.
Вóрон добыл мяса кусок и сел на дерево.
Захотелось лисице мяса, она подошла и говорит:
– Эх, ворон, как посмотрю на тебя, – по твоему росту да красоте только бы тебе царём быть!
И, верно, был бы царём, если бы у тебя голос был.
Ворон разинул рот и заорал что было мочи.
Мясо упало. Лисица подхватила и говорит:
– Ах, ворон, коли бы ещё у тебя и ум был, быть бы тебе царём.
Подавился волк костью и не мог выперхнуть. Он подозвал журавля и сказал:
– Ну-ка, ты, журавль, у тебя шея длинная, засунь ты мне в глотку голову и вытащи кость: я тебя награжу.
Журавль засунул голову, вытащил кость и говорит:
– Давай же награду.
Волк заскрипел зубами, да и говорит:
– Или тебе мало награды, что я тебе голову не откусил, когда она у меня в зубах была?
