Я кивнула, не понимая, что к чему. Но когда Рикардо взял эти обе канистры и из одной из них плеснул на деревянные ящики, а потом понёс их наверх, я всё уяснила.
Он собрался сжечь эту виллу к чёртовой бабушке! Мне уже было всё равно. Собрался – и собрался.
Мы поднялись наверх, Грифон хорошенько, методично и быстро облил стены, пол в тех местах, где они были деревянными. Прогулялся в правое, левое крыло. Со знанием дела распространил это топливо от души. В крематории же подрабатывает, есть опыт по сжиганию мёртвых тел. А будь это мёртвый покойник или мёртвая вилла – не суть важно.
Мы вершили свой ритуал. Я стояла на почти негнущихся ногах и держала зажигалку, а он всё окроплял. Потом он подошёл ко мне, взял у меня зажигалку. Мы подошли к двери на выход. Она заколочена, но Рикардо с яростно-радостным остервенением одним ударом выбил её. В лицо нам ударил свежий воздух глубокой ночи. Мой напарник обернулся и широким замахом запулил зажигалку так, что она, горящая, упала на лужицу горючего. Пламя распространилось в разные стороны мгновенно. Мы постояли в дверях, а потом развернулись спиной к вилле.
– Вот мы и вышли на финишную прямую. Осталось километров пять до тачки. Крепись, ученик, мастером станешь, – это было последнее, что сказал мне Рикардо перед тем, как мы потом снова бесконечно долго шли.
Теперь уже по полям, лугам и немного лесом. За нами зияло марево разошедшегося пламени на холме. Мне по-прежнему хотелось упасть, лечь и заснуть, но я шла. Я очень захотела стать мастером в тот момент. И поклялась себе, что всё выдержу для этого.
Рикардо сдержал обещание. Когда я на следующий день явилась на Базу после обеда, он поджидал меня в своей мини-лаборатории. Накануне я отоспалась, позволив себе проваляться до часу дня. Сон пошёл мне на пользу. Часть ссадин и синяков болели уже не так сильно. Это всё пустяки, ведь я даже не была серьёзно ранена. Можно сказать, отделалась лёгким испугом. Тёплая ванна и обильные завтрак с обедом довершили мою рекреацию.
Когда я вошла, мы почти заговорщически улыбнулись друг другу. Я плотно закрыла за собой дверь. Вчера, точнее, сегодня, когда мы с ним возвращались на катафалке в Укосмо, Кэпчук так и сказал – "приходи когда сможешь, я буду на своём месте". И вот я пришла.
Мы расселись за столиком. Я поудобнее уселась в кресле прямо с ногами. Не стесняясь ничего. И мне было чертовски приятно осознавать, что мы с Рикардо уже другие. И ведём себя друг с другом по-другому. Более раскованно, более дружески. У нас появилась общая тайна. Тайна о том, что мы видели и что вместе сделали прошлой ночью. Рикардо убил несколько десятков человек и одного демона. Он сделал это хладнокровно, расчётливо и безо всяких сантиментов и условностей. Просто взял и убил. Я была свидетелем и помощником.
Наверное, это кошмар. Я агент-стажёр, мне пятнадцать, и я называю одним из лучших друзей человека, который может запросто пойти и зарезать других живых разумных существ недрогнувшей рукой. Я школьница-отличница, домашняя девочка, ни разу не имела ухажёра – и сегодня ночью я участвовала в чёрной мессе с вызовом похотливого демона, которая едва не превратилась во всеобщую оргию. Ведь наверняка, не пришей Грифон голубчика-Вине, после его соития с Лизавьетт в соитие бы принялись входить все находящиеся в зале. Я думала об этом не без содрогания.
Но самое немыслимое было у нас с Грифоном то, что мы теперь скованны этим секретом и никому не должны говорить. С Кэпчука наверняка потребуют отчёт о его деяниях. И он будет вынужден доложить начальству ТДВГ всё так, чтобы боссам в голову ни разу не закралась мысль, что он был там не один. Я же до конца своей жизни никому не должна рассказывать, что была на таком особо опасном задании, чтобы не подвести друга. Ещё неизвестно, кому из нас будет сложнее хранить тайну. Но что сделано – то сделано. Только друг с другом мы могли поговорить об этом.
– С чего начнём? – предложила я ему говорить первому.
– С того, что Лизавьетт снова бежала, – Грифон сказал это грустно. И не без самоиронии подметил: – Она как Крамп, да?
Вопрос был риторическим.
– Это она натравила этих охранников?
Кэпчук кивнул:
– Их была целая армия. Я положил не всех. Я слышал и видел, как они бежали к особняку, когда мы рванули под землю. Они не догадались, и это дало нам возможность улизнуть. Вдобавок, я сжёг её виллу и её хвалёные художества. Она должна быть в бешенстве. Я объявил ей войну, и рано или поздно она на меня выйдет сама. И получит сполна.
– Как так получилось с Лисоном? – спросила я с волнением.
– Лисон чуть всё не испортил. Но тут я сам хорош. Я оставил Кархародон у Полины, а она догадалась о его свойствах. Медальон скрыл Сэма от глаз сканировщиков, и они принимали его за своего. Однако, напора энергопотребления Вине он не выдюжил и пропалился.
Ещё в машине я передала Рикардо тот пузырёк, который выпал. И Рикардо подтвердил мою догадку: