Молодой демонолог смотрел вслед удаляющемуся отряду из пятерых человек, и когда они скрылись на тропинке в лесу, обвёл взглядом стоящих на поляне людей. Пора и ему собираться в путь, он должен найти другое укрытие демонологов и сообщить о падении Ордена Алленуида и предупредить об опасности, но прежде следовало выполнить просьбу принца — позаботится о безопасности этих людей. Они уже достаточно испытали в своей жизни, теперь самым необходимым для них был покой.
Бескрайнее поле желтоватых трав расстилается перед ним. Солнце своими первыми лучами лишь недавно начало греть это беспрестанно колышущееся море растений, а вот жизнь тут и не собиралась гаснуть или успокаиваться хоть на мгновение, в отличие дневного светила. Среди жёлтых стебельков травы всё время мельтешили мыши-полёвки да другие грызуны, которым, однако, вскоре предстояло стать обедом степного сокола, который уже высматривает себе самую сочную мышь. Но его охоте, к сожалению, закончиться было не суждено. Ещё одно живое существо с самого рассвета до рези в глазах всматривалось в дальний горизонт, но пока ещё не видело ничего, кроме растений и редких кустарников.
Этим существом был человек. Пока жаркое летнее солнце не достаточно прогрело воздух степи, он надеялся найти себе место, где сможет переждать невыносимую полуденную жару, чтобы потом снова отправиться в путь по вольной степи. Странно было встретить его здесь, в месте, где не проходят дороги, да ещё и не конного, хотя направлялся путник как раз в ближайший город великого купеческого государства — Жахан, который располагался ещё в трёх днях пешего пути и был легендарной столицей Султаната, располагавшейся на границе пустыни и степи. Одиночка ещё раз всмотрелся в даль, но опять там ничего не увидел и не смог сдержать печального вздоха, который вырвался из его груди скрытой лишь тонким слоем лёгкой, но прочной материи, да двумя кожаными ремнями, один из которых крепил к спине колчан, а второй — ножны с распространённым здесь видом оружия — парными палашами. Он уже два дня шёл по степи, и каждые сутки казались ему не больше чем повторением предыдущих, настолько однообразна была степь. Но почему-то это однообразие всегда манило юных искателей приключений с самых разных уголков континента своим неповторимым запахом свободы и опасности, которую всегда хранит в себе такая дикая территория, как его родная степь.
Да, сейчас он с замиранием сердца вспоминает свои первые шаги в этой траве, которая тогда казалась ему такой огромной, первые уроки, которые она ему дала и первый караван, который он провёл от границы с державой гномов до столицы султаната и те приключения, что ему пришлось пережить во время этого действительно опасного похода. Но степь не оставила своего сына беззащитным пред лицом тех невзгод, что она хранила в себе и высыпала на головы людям уже не один век. От многочисленных бандитов и других отбросов он мог защититься своим оружием, которым владел как никто другой, чтобы он не заблудился, степь наградила его умением читать следы всех обитающих в ней зверей, понимать звёзды и слушать ветер, доверяться теням и собственной интуиции. Много ещё умений и тайных знаний передала ему степь, и он их использовал, никогда не злоупотребляя, ведь тогда бы она сразу же его покарала. Он никогда не верил в чужих богов, он вообще в них не верил и почитал лишь предков — так его научил старый шаман. «Вера в богов лишь ослепляет тебя, делает из здорового человека с большим будущим фанатичного глупца, а монастыри и тому подобные заведения не больше, чем тюрьмы, в которые люди идут добровольно. Мы — люди степи, а степь — свободная сторона! И только предки, которые создали нам наше имя и дали нам жизнь, только они достойны того почёта, который оказывают люди городов своим богам. Помни это, мальчик мой, и духи предков всегда помогут тебе найти тропу, если ты заплутал, всегда направят твою стрелу в цель, если твоя рука дрогнет, помни!» — вот как говорил старый шаман. Он был мудр, но, к сожалению, вместе с этим и стар, поэтому его сейчас уже нет в живых, и одинокому путнику остаётся лишь пользоваться теми советами, что успел дать старый шаман в отведённый ему срок.
