Я выставил щит на максимум, и в этот момент в нас врезались стихии. Огненный поток ударил в бок с левой стороны, а вслед за ним два мощных торнадо прямо в то же место. Это толкнуло, а также накренило дирижабль ещё сильнее, увеличивая градус наклона примерно до семидесяти.
В следующую секунду я почувствовал опасность, и атака пришлась ещё и сзади. Две молнии с двух дирижаблей атаковали прямо в двигатель.
Даже для меня это перебор. Щит слишком большой и поддерживать его практически нереально от атак пяти предвысших.
Раздался взрыв со стороны двигателя, и летательный аппарат вновь тряхнуло, а также завизжала сирена.
Не будь мы закреплены, уже вылетели бы и упали на стенку, ставшую полом.
На мониторах я краем глаза увидел, что внизу притаились ещё дирижабли, которые в данный момент взлетали вслед за нами.
Саша, резко отцепив ремни безопасности, вскочила на кресло ногами, упираясь в подлокотник и, буквально зарычав от натуги, потянула штурвал в обратную сторону. Однако, всё больше кренясь, наш летательный аппарат всё равно начал резко терять высоту и заваливаться уже вниз.
Пока я перенаправлял энергию из двигателя в другой двигатель, чтобы снизить скорость и тем самым уменьшить завал, Леонид тоже отцепился и рванул в сторону выхода, цепляясь за всё, за что выйдет.
Саше пришлось приложить немалые силы, чтобы начать выравнивать судно с моей помощью. Дирижабль уже не скрипел, он натурально матерился на нас. Я прямо различал сквозь все эти скрипы, трески и подрагивания бравый мат, направленный на всех вокруг.
Вокруг мелькали техники, попадая в новый щит, но всё чаще уносясь дальше.
Дирижабль начал выравниваться, принимая стандартное положение, но мы всё равно падали, и только уже практически у гор нам удалось выровнять судно, чтобы оно из бокового положения вышло в нормальное, едва не задев эти самые горы.
Саша, тяжело дыша, прыгнула вновь в кресло и начала проводить манипуляции, уже сама перераспределяя поступаемую энергию в перегревающийся реактор. Чувствую, что после такого полёта нужно будет менять кристаллы и не только их.
Всё же этот летательный аппарат не приспособлен для таких манёвров.
— Второй двигатель повреждён, четвёртый слегка задели, — начала давать отчёт всё ещё тяжело дышащая девушка, при этом задирая нос и поднимая дирижабль вверх. — Отключаю первый двигатель и запускаю двигатели на крыльях. Мы не сможем увеличить скорость, пока брат не осмотрит четвёртый двигатель. Глава, дальше всё на вас, я попытаюсь спрятать нас среди облаков.
Я кивнул и приготовился и сам вступить в бой, чтобы дать время на починку, но, начиная вставать, тут же замер, почувствовав над нами энергию.
— На радаре ещё дирижабли! — произнесла громко собранная Саша.
Мы уже набрали достаточную высоту, поэтому я посмотрел вверх.
Разрывая облака, в них показался острый нос мощного пятипалубного чёрного гиганта. Он резко нырнул вниз и за ним вслед показались и другие дирижабли, около двадцати штук.
Императрица Японской империи сидела за своим столом и разглядывала карту боевых действий. Женщина отмечала все места сражений и не только их. Она скрупулёзно вымеряла все данные, чтобы иметь понимание, откуда будет нанесён следующий удар Российской империи.
Ей много раз говорил её муж, что императрице не нужно этим заниматься, однако, женщина не могла спокойно сидеть и довольно часто изучала то, что не «нужно» госпоже целой страны.
Однако, несмотря на все разговоры, в конечном итоге мнение императрицы всегда принимали. И не потому, что она правительница, а потому что разбирается в этом получше многих мужчин.
Раздался стук в дверь, и Киока Хинодэ подняла голову, а после спокойным голосом произнесла:
— Войдите.
Дверь отворилась и внутрь стремительно вошёл молодой слуга.
— Госпожа, — он быстро поклонился. — По нашим скрытым частотам с вами пытается связаться граф Вяземский.
— Молодой граф? — императрица нахмурилась. — Он же покинул страну. Разве нет? Впрочем… — она махнула рукой, — не важно. Давай сюда.
Слуга подскочил к ней и осторожно поставил рацию на стол. Женщина взяла её в руки.
— Граф Вяземский? Как вы… — императрица посмотрела на рацию и покачала головой. — Неважно. Что случилось и почему вы вернулись?
Женщина внимательно вслушивалась, но толку особого не было. Молодой граф раз с десять повторил одно и тоже, пытаясь вызвать её на связь. Сколько бы она ему ни отвечала — всё было бестолку.
— Почему мы друг друга не слышим? — поинтересовалась она, смотря на слугу.
— Не знаю, госпожа. Скорее всего, потому что их передатчик порой фонит и нам удалось даже засечь их местоположение. Дирижабль графа Вяземского на границе рядом с Китайской империей на северо-западе.
Императрица закрыла глаза и села прямо, обдумывая дальнейшие ходы. В таком положении ей всегда это проще давалось.
Молодому графу что-то нужно… Но что? Он не стал бы так просто возвращаться. Вяземский полетел не в столицу, а на границу… Зачем…?
