Дорогие читатели. Эта глава дополнительная за 400 сердец. В скором времени напишем и за 600. В общем и целом на тему дополнительных глав: было сказано, что мы постараемся писать, чтобы радовать вас, а не обещали это. Так что не путайте.
Обращение для тех, кто думает, что мы обманули, а не для тех, кто просто интересуется.
Мы стараемся, но некоторые не понимают, что поставить сердце дело одной секунды, в то время как написать главу — это уйма затраченного времени.
В общем и целом… Вывод следующий! Читайте, наслаждайтесь, будьте добрыми и не негативьте! Если улыбаться миру, то и он улыбнётся вам! Всех обнимаем, всех ценим, всем спасибо за активность!
Таня, одетая в чёрную юбку, белую блузку и белые тапочки, с заколотыми в хвост волосами стояла у дверей кабинета своего отца у светы и слегка вздрагивала каждый раз, когда и без того повышенные тона переходили на ещё более повышенные.
Слушая своего отца и Сергея, девушка могла лишь удивляться тому, что этот разговор в принципе имеет место быть.
Её отец император, и ни один граф никогда не смел поднимать на него голос, по крайней мере сама девушка не знала о таком случае, но сейчас она слышала то, что случилось впервые в истории на её памяти… Да о чём тут говорить, даже высшие редко спорят с императором.
Сергей же ведёт себя так, словно сейчас спорит с очень старым знакомым. Словно он взрослее её отца или же его возраста. Что будет после этого с парнем, Таня старалась не задумываться. Но, учитывая то, что император до сих пор его не прогнал, значит, готов «обсуждать» всё услышанное на свой счёт.
Таня увидела очередного слугу, который, услышав брань ещё в отдалении, замер, посерел и тут же свернул в другой коридор, идя окольным путём.
Никто из них не хочет стать свидетелем такого жаркого спора. Ведь если дверь откроется неожиданно… Они вполне могут и инфаркт словить, понимая, что услышали то, что им не следовало услышать.
Продолжая слушать, Таня всё больше удивлялась тому, как оба спорящих применяют бранные слова. Нет, они не оскорбляли друг друга, а лишь вплетали их в свои слова, выстраивая сложные и в то же время такие простые выражения, которые даже не казались девушке оскорблениями.
Вот что значит два политика…
То, что Сергей одарён во всех сферах, она уже не сомневалась. Никто не сомневался. Оттого и такая реакция её отца. Ему потребовалось время, чтобы принять такого «выскочку», и, раз, опять же, всё ещё не выгнал, значит принимает его как графа своей страны.
Разговор вдруг стих и дверь отворилась. Из неё вышел Сергей с хмурым лицом. Он аккуратно закрыл дверь и только после этого посмотрел на неё. Его лицо сразу разгладилось и появилась лёгкая улыбка.
От этой улыбки у девушки внутри разлилось приятное тепло. Вот он был хмурый, а при виде неё сразу стал добрым и улыбающимся. Это показывает, что все её старания не были зря и Сергей относится к ней теперь совсем по-другому.
— Таня, — парень подошёл к ней поближе и снова улыбнулся. — Ты к императору? Если да, то подожди немного, он сейчас явно не в духе.
Девушка не показала внешне, но внутренне улыбнулась. Сергей выглядит так, словно даже и не понимает, что отец злой из-за него. А возможно, что он просто придуривается.
— Нет, я хотела с тобой поговорить, — всё же слегка улыбнулась Таня.
— У тебя какая-то проблема? — спросил он, внимательно смотря на неё.
Таня замялась, не зная, что ему ответить.
Сергей вдруг задумался, а потом вздохнул и покачал головой.
— Забыл, — произнёс он, затем цыкнул и посмотрел на дверь кабинета её отца. — Я же ему самое важное не рассказал.
Таня заметила, как один из слуг, который раньше не решился проходить здесь, на словах Сергея вновь остановился и быстро пошёл прочь.
— Я сейчас, — парень вдруг сделал шаг вперёд и ласково погладил её по голове. — Быстро закончу и поговорим, — он вновь пошёл в кабинет.
Сначала было тихо… А затем началось… Таня поймала себя на мысли, что с интересом прислушивается к обоим.
— Ваше величество, — я вошёл внутрь и закрыл за собой дверь.
— Вяземский⁈ — нахмурился император, поднимая на меня взгляд от бумаг. — Что тебе опять нужно⁈ Не успел выйти, как вновь вернулся! Если это что-то незначительное…
— Я летал в Японию, — начал я с места в карьер, наблюдая за тем, как сменяются выражения на лице императора.
