Закончилось строительство бастионов крепости. С налёта нас теперь не взять.
Всех хороших, опытных стрелков я свёл в отдельные егерские роты при каждом батальоне. Как правило, в них попадали охотники. Вскоре, их вместо егерей и стали называть охотниками. Эти роты могли стрелять шеренгами, как обычные стрелки, но вся их сила была в другом. Они могли действовать рассыпным строем в поле, в лесу, в городе. Выбивали у неприятеля командиров, канониров и барабанщиков. Каждый егерь хорошо ориентировался в обстановке и, в случае чего, быстро вставал в каре для отражения атаки кавалерии. А остальные стрелки, среди которых было много новичков, просто обороняли наши батареи, которые должны были разнести противника в пух и прах. Были у этой тактики и минусы. Для успеха в сражении нужно было иметь много ядер и картечи, что значительно увеличивало артобоз бригады. Но для этого и покупали хороших лошадей тяжеловесов, чтобы они вдвоём тянули груз, который и четыре обычные лошадки не вытянут.
Также мы отработали штыковую атаку. У вражеских стрелков были пикинёры напополам с мушкетёрами. Но пики страшны только когда они стоят как гребень забора, а если одна пика на две сажени, то для атакующих это не страшно. Есть много способов обмануть пикинёра и избежать контакта с остриём пики. А дальше дело техники. Штык против шпаги как правило выигрывает. Особенно если у нашего пехотинца хорошая подготовка. А она, благодаря палке капрала — хорошая.
Почему же в других армиях не делают втульчатый штык? Во первых он выходит дороже, чем тесак, вставляемый в дуло, который ввели в голландской армии. Ну, мы, слава Богу, с голландцами не воюем. А те же испанцы, поляки или имперцы экономят на пехоте. Как правило они приглашают наёмников со своим оружием. И какого огнестрела в этих только нет в этих наёмных «бандах». Мушкеты всех сортов, аркебузы, мушкетоны и пистоли. Как они тренируют ротную стрельбу не понятно. Наниматели, как правило, закрывают на это глава и во время сражений просто посылают их на убой. Но наёмники они же не дураки. Встанут два отряда шагах в пятистах друг от друга и стоят, стреляя раз в пять минут. Глядишь, а там конец сражения. Те, кто проиграл уходят с поля боя, а победители собирают добычу с убитых и рапортуют о том, как они храбро бились. Ведь на большом поле даже в подзорную трубу генерал не разберёт что где происходит. Только по флагам. Этот туда — наступаем. Этот сюда — отступаем. А кто в кого стреляет на расстоянии в милю — покрыто мраком.
У нас же всё по другому. План боя доводится до командиров полков и батальонов, а так же возможные ситуации, которые могут случиться по воле противника. Атака в лоб, удар с фланга, обход в тыл. Каждый командир должен знать, что сделает он со своим отрядом и как поступит сосед на поле боя. Те, кто не научится быстро думать и принимать решения — не получат повышения, либо перейдут на тыловые должности или вообще в чиновники.
По вечерам я хожу провожать Дашу Кирову. Её дядька Хома из Себежа в Ригу уехал, в помощники ректора университета по хозяйственной части. Вот Даша одна и ходила из нового здания женской школы, покуда на неё пьяный купец не наткнулся. Она ему нос сломала. Дело тогда бургомистр Себежа вёл. Даже в Москву князю Вайсу писали. Меня князь, то есть, царь попросил. Мол, красивая девушка, а тут вечером на улице полно горячих мужчин. Как бы чего не вышло. Мне, поначалу, было жаль терять время в безмолвной прогулке. А как начали говорить, то стало интересно. Даша она такая начитанная. Не умная, а именно начитанная. Много читает. Но в жизни не так как в книгах. Всё по другому. Поэтому и не умная. Я вот книг не много прочитал. Зачем они мне? Только если о войне или оружии. А так? Любовь… Даша это слово произносит с придыханием. Да знаю я про любовь. Хожу раз в неделю к маркитанткам из обоза. Алын или пятак — вот и вся любовь. Как я ей такое сказал — обиделась и два дня не говорила со мной. А потом прочитала отрывок из «Ромео и Джульетты» Шекспира, что недавно напечатали в Себеже. Я на книжки деньги не трачу, а вот эту захотелось купить. Красиво там про любовь. Не то, что с маркитантками. Я даже по другому на Дашу смотреть начал. Не может такая красивая и светлая девушка быть княжеской подстилкой, как про неё говорят. Ещё раз кто такое скажет получит по зубам. Это я вам говорю!
