Мой большой 32-пушечный флейт «Тондро»(«Гром» на эсперанто) вошёл в порт Макао без единого выстрела. У нас на борту был лоцман из местных, который уверено вёл корабль к причалам. Когда противник очухался, мы уже начали высаживаться в порту. Три португальские портовые батареи так и не выпустили по нам ни одного ядра.
Этому способствовало то, что на наших кораблях развивались флаги Португалии и Испании. Вот вражеские канониры и не стали открывать огонь без разрешения своего начальства.
У собора Святого Павла в центре Макао противник построил небольшую баррикаду. Но наши лёгкие пушки, приданные десанту, разметали её за несколько минут. Цитадель в центре города была взята после подрыва мины на её воротах. На этом организованное сопротивление и закончилось. Три сотни солдат гарнизона сложили оружие. Мы потеряли восемь человек убитыми. Ещё около сотни было ранено.
В Макао мы собрали золота и товаров на сумму больше миллиона талеров. Половина уйдёт в казну Меховой компании, а половину разделят командиры между солдатами и моряками. Впереди ещё у нас португальская фактория в японском порту Нагасаки.
Поначалу дауры не оказывали нам никакого сопротивления. Деревня за деревней переходила под крыло российского царя. Но слухи о том, что нас всего пять сотен летели вперёд и перед главным городом вожак даурских племён Гуйдар решил дать нам бой.
Ошибкой местных было решение не атаковать нас при высадке. Мы крепко встали на берегу под защитой корабельных пушек брига королевства Рюкю, что поднялся по Амуру, чтобы сделать реку торговым путём России и Меховой компании.
Наша драгунская сотня подъехала к противнику на две сотни шагов и бросилась наутёк, якобы испугавшись численного превосходства. Дауров было порядком двух тысяч. Вероятно все, кого вожак Гуйдур смог собрать среди местных рыбаков и охотников. Основное оружие — лук, копьё или сабля. У пары десятков солдат вождя имелись допотопные китайские и японские аркебузы.
Залп пушек брига обратил в бегство всю эту честную компанию. Гуйдур с парой сотен дауров всё же бросился в атаку и погиб как герой. Остальные потомки грозных киданей, скорбно склонив головы, отворили перед нами городские ворота.
Следом за мной с двумя сотнями стрельцов идёт воевода Осип Плещеев. Он то и будет воеводой Даурии. Это его князь Вайс из Тюмени прислал. А мне дорога через чжурчженское племя дючеров на реку Сунгари. Там дойдя до границ племён Маньчжурии, я должен буду поставить острог и установить контакты с местным ханом Нурхаци.
Княжеский посланник Савва Щербатов, что идёт вместе с Плещеевым, должен будет спуститься на юг к Владивостоку, где уже должны были построить верфь и небольшой острог.
У Щербатова задание от князя Вайса — установить отношения с государством Чосон. Помогать ему будет в этом мой ненаглядный толмач — кореянка Аня.
С Аней всё непросто. Поначалу она была для меня одной из многих девушек, что скрашивали мою походную жизнь. Но, недавно я понял — она мне очень нравится и я не хочу её отпускать в Чосон.
Вспоминаю самое начало наших отношений в Николаеве. Я тогда выпил для храбрости и позвал её на свидание к реке. Она пришла. Я что-то там говорил-говорил и делал шаги, приближаясь к ней. Она так же тихо отходила назад. И вот она упёрлась спиной в дерево.
Говорю ей, весь такой красивый:
— Я сейчас тебя поцелую. Не боишься?
Она качает головой, мол, нет, не боится. И тут моя нога цепляется за выступающий корень дерева и я, раскинув руки, как гордый баклан, планирую мимо Ани в речную жижу. Рыбу я в грязи не поймал, только перемазался. Вылезаю, понимая, как жалко я выгляжу.
Аня тогда достала платок, вытерла грязь с моего лица и поцеловала в губы.
— Ты мне тоже нравишься. — прошептала она тогда и отпрянула, устыдившись своей смелости.
Тут я, как коршун на добычу, бросился на неё. И начал целовать. Она помогла мне сбросить с плеч грязный камзол, а я повалил её в густую траву… https://vkvideo.ru/video-65102070_456249267?ref_domain=yastatic.net
Утром мажу бутерброд, сразу мысль — а как народ?
«Про Федота-стрельца», Л. А. Филатов.
Снова слушаю новости от Евдокима. Сначала он докладывает неприятные. Так я повелел. А то можно почивать на лаврах и не подозревая о несчастьях и бедах обрушившихся на Россию.
Евдоким, изобразив поклон, зачитывает:
— План призыва по набору в Курляндии сорван. В новые части прибыло восемьсот рекрутов вместо пяти тысяч.
