Появляться на публике в компании с главарём банды, одной из самых крупных в столице, для меня не зазорно. Во-первых, имею право не знать его истинного лица, а, во-вторых, тут никто и не ведает, что я за птица такая. Всё внимание трактирщика — на капитана Монского, лейтенантов Ромма и Вилкова и на лейтенанта-мага Паттер. Кто платит, тот, как говорится, и заказывает музыку, а мы с дядюшкой Ригером тут сбоку припёка, скромные и незаметные. Мои бойцы приучены со всеми вопросами обращаться к офицерам, да они и побаиваются меня, хотя никому вроде плохого ничего не сделал, только хорошее. Впрочем, такое отношение понятно. В моей власти, если не прервать жизнь любого из них, то превратить в ад точно могу. Или в рай.
Со мной за столом только самые доверенные, компания всё та же, в девчонках своих уверен на все сто, научились держать при посторонних язык за зубами, а вот с миледи Алисой пока не ясно. Ну да я ни о чём таком секретном говорить не собираюсь. Когда нам вынесли к элю и вину большой блюдо — считай, целый таз — баранины с тушёными фасолью и капустой, прошу почтенного Роффа:
— Рассказывай теперь, Леон, что тут в Рансбуре интересного происходит. Ригер много рассказал, но хотелось бы в подробностях, с толком и расстановкой.
— Не очень тут сейчас хорошо, господин. — он без стеснения — да тут все так едят — положил себе мяса в глиняную миску. — Даже во время прошедшей войны с соседями так тревожно не было. Слухи о принце Филиппе всех будоражат. Дворянство разделилось, и хотя вслух стараются не говорить, но большинство, так кажется, не очень симпатизируют нашему королю. Дуэлей-то всегда много случалось, только, не помню такого, чтобы так много сговаривалось на схватку до смертельного исхода. Обычно потыкают друг в друга до первой крови, да успокоятся в примирении. Ожесточены все. И это дворянство.
— А народ? — я тоже не стесняюсь налегать на угощение. На специи трактирщик не пожадничал, что скверно. Обычно таким образом здесь скрывают вкус и запах гнили. Ладно, наговариваю я поди, на этом постоялом дворе огромный поток путешественников, некогда продуктам портится. И котятами не накормят, их ещё надо попробовать в лесу поймать, а они будто рыси в руки легко не дадутся. — Так что простой народ? — повторяю. — Безмолвствует? — вспомнилась пьеса «Борис Годунов».
— Людям всё равно, кто во дворце будет сидеть. Только при нынешнем правителе всё дорожает, особенно еда в последний месяц. Ворчат, на большее никто не решится, ещё свежи в памяти расправы, устроенные после прошлогоднего мятежа.
Да, тут условия другие, Варфоломеевской ночи никто не устроит, здесь нет разногласий, принципиальных настолько, чтобы народ дружно поддержал одну из партий и устроил массовую резню. И это хорошо. Не попаду под замес.
Леон Рофф был очень информирован, и его рассказ мог длиться долго даже при том, что, разумеется, всё ему известное он выкладывать не собирался. Мы уже доели и основное горячее блюдо, и основательно подчистили с тарелок закуски — мясные, сырные и овощные — когда все посетители таверны дружно повалили на улицу смотреть дуэль двух молодых дворян, одетых как последние босяки, но с приличными клинками на поясах. Что уж благородные парни не поделили, я не заметил, но отправился вместе со всеми смотреть схватку.
Стараюсь не пропускать такие зрелища. Не потому, что кровожадный, к тому же, как понимаю, сейчас будут драться до признания поражения одним из участников или его невозможности продолжить бой. О битве до смерти речь не идёт. Просто я всегда оцениваю уровень мастерства дуэлянтов, сравнивая их с собственным. Как ни крути, а дворяне с раннего детства тут не в компьютерные игры играют, не овец или коров пасут и не в огороде или на делянке пашут. С раннего возраста начинают тренироваться бою с оружием. Стоит только на Карла посмотреть, даже уроки от по-настоящему выдающихся мастеров меча как милорд Ричард и брат Макс, далеко не сразу позволили мне с ним сравняться. Даже сейчас не уверен в своём превосходстве. Так мой друг ведь лишь один из многих.
У каждого из вышедших на дуэль парней есть своя группа поддержки в виде троицы у рыжего и пары у худого как жердь таких же бедно одетых дворян. Эта великолепная пятёрка весьма активно освободила пятачок у длинной коновязи, подготовив место для дуэли.
Я стою в толпе у крыльца рядом с бандитом.
— За вашим особняком присмотрят, господин. — говорит он мне негромко. — Не думайте, что раз детей на это дело выделил, то толку не будет. Наоборот, они глазастые. Да и опасно моим взрослым в том районе находиться, а мальчишек или девчонок беспризорников хоть стража и гоняет иногда, но чаще лень этим заниматься.
Как раз я-то и понимаю возможности вездесущих сорванцов в плане разведки и присмотра. Сам хотел на эту тему с ночным королём разговор завести. Ну, раз уж он подвёл к этой теме, так сейчас и обговорю с ним вопрос. Нет, посвящать его в сведения добытые Люсильдой не собираюсь, да и проще мне напрямую с мелкими работать. Обойдусь без посредников.
