Опять началась очередная волна фейерверков. Мы как раз проходим мимо одной из точек, откуда их запускают. На телегах связки вертикально стоящих бронзовых труб разного диаметра. Оттуда и вылетают шары, которые на высотах несколько десятков ярдов при разрыве раскрашивают ночное небо разноцветными огоньками.
Пока на площадях одни, их подавляющее большинство, любуются, задрав головы вверх, другие, их единицы или десятки, обчищают первых, срезая кошели или залезая в сумки. Я со своими вояками отношусь к третьей категории, мы не делаем ни того, ни другого.
Мимо проскочил парень, на моих глазах обчистивший дебелую тётку, которая в компании со своей молоденькой служанкой смотрела вверх раззявив рот. Мелькнуло было искушение схватить вора, да передумал, на это есть городская стража, пусть каждый занимается своим делом.
Уже перед подъёмом к воротам герцогского замка увидели вышедших из трактира баронетов Иоанна и Карла, еле держащихся на ногах. Эти два дворцовых прихлебателя, мои сверстники, не дают прохода при каждом моём приезде в Неллер. Всё в друзья набиваются, но я быстро раскусил их натуру — подхалимы, лжецы, попрошайки, подлецы — зачем мне такие приятели?
Сейчас они держали в обнимку шлюх, молодых, но явно потасканных, размалёванных так, что их лица напоминали маски.
— О! Это же этот. — громко произнёс Иоанн и икнул. — Ник, а ты где своего господина оставил, а?
— Не знаю, баронет. — вежливо склонился остановившийся штаб-капрал. — Где-то во дворце же должен быть? У меня выходной, милорд отпустил на весь день.
— Да-а? — почему-то удивился Карл, выпучив глаза, покачнулся и упал бы, если бы не поддерживающая его девица, впрочем, тоже не твёрдо стоящая на ногах. — Ты ему передай, что мы в «Старой мельнице» будем всю ночь кутить. Пусть присоединяется. Что ему во дворце со старичьём делать? С нами веселее.
— Хорошо, баронет, милорд Степ обязательно узнает о вашем предложении. — совершенно честно пообещал Ник.
Ага, ещё бы я не узнал. Вот же я, рядом стою. Легко толкаю в плечо Эрика, нечего тут стоять, слушать пьяный разговор, ворота уже вот они, а ребята как-нибудь сами разберутся с молодыми благородными кутилами и догонят.
— Вы бы сказали своим приятелям, чтобы они лучше в вертепы ходили. — лейтенант пошёл со мной. — Там хозяйки следят за здоровьем девиц, а в трактирах полно таких потаскух, от которых можно срамные болезни подхватить. Потом к вам же баронеты и прибегут исцеляться, вряд ли у них есть деньги на лекарей илт магов.
— Перебьются. — отмахиваюсь. — Да и не приятели они мне. Говорить им тоже ничего не стану. Дурака учить — только портить. Пусть набивают шишки, может так ума наберутся. Хотя вряд ли. Уже поздно.
У арки входа в замок, сразу же за мостом через ров, кроме обычного караула гвардейцев прохаживается и мой старый боевой товарищ капитан Леон Бюлов, который со своей ротой сопровождал меня в Рансбур и обратно.
Когда я с Эриком подошёл к краю моста, баронет Леон вздрогнул, быстро окинул взором вокруг, обнаружил нас, присмотрелся, улыбнулся и сразу расслабился, узнал.
И я, и дядя Рональд изготовили по амулету, позволяющему распознавать, как невидимок, так и находящихся под заклинанием отвода глаз, а моя невестка Ольга, наша новая герцогиня, вовсе сделала два.
Изготовили бы и больше, но применять такие артефакты могут только маги, а у нас не так много одарённых, чтобы обеспечить больше трёх постов, где они, сменяясь, несли бы службу все дни праздников.
Вопрос серьёзный, о семёрках имперских зилотов, одну из которых послали по мою душу, рассказывают всякие небылицы об их успехах в устранении неугодных. Хотя, как по мне, преувеличивать опасность не стоит.
Невидимыми убийцами тоже пугали, а на деле я устроил им побоище, и на том не успокоюсь. Хочу вообще истребить эту заразу в Рансбуре. Главное там, вычислить мага или магов, которые обеспечивают тех киллеров амулетами. С остальным будет проще, у меня есть и кому клинками орудовать, и кто в столице знает все закоулки. Я этих козлов в покое не оставлю, как и тех, кто их послал.
Что же касается этих хвалёных зилотов, так, подозреваю, никакие это не демоны, а просто хорошо обученные люди, значит, с ними можно бороться, это первое, а, второе, они хотят не только выполнить приказ, но и вернуться с задания живыми. Не камикадзе же они, в самом-то деле. Были бы смертниками, мне о том бы рассказали. Даже если бы им и удалось в нынешних обстоятельствах совершить на меня покушение, уйти из Неллера, набитого сейчас под завязку нашими вояками — Мария в канун торжеств стянула сюда два полка и три егерские роты в дополнение к гвардейцам — никак не удастся. Одно дело проникнуть в город, дав на лапу, другое — сбежать, когда всех поднимут на поимку. Нет, пытаться меня убить имперцы будут в Готлине или в самом монастыре, не зря же их торгаш весь мой распорядок, привычки и места посещений изучил.
Но, конечно же, всё это не повод терять бдительность, и в замок, а тем более сам дворец невидимки в дни торжеств никак не проберутся.
— Ты обещал, что недолго. — с укоризной сказал капитан Бюлов.
