В дверь постучали. Я, конечно, удивился, поскольку имел полное право полагать, что наскучил спутникам так же сильно, как и они мне, но, прислушавшись, тут же понял свою ошибку и то, что удивляться на самом деле нечему, поскольку это не был ни один из моих товарищей. Стук этот не был похож на то, как обычно просит разрешения войти в комнату Нартаниэль — деликатно, по–джентльменски, но вместе с тем и крайне настойчиво, будто бы намекая, что он ни за что не примет отказа и, если это понадобиться, выломает дверь, потому что сам эльф никогда не приходит без крайней необходимости, а потому считает, что тот, к кому он пришёл, должен уважать его время. Тем более это был не энергичный, сбивчивый и неритмичный стук Рилиана, который по какой–то причине всегда волновался, прежде чем начать разговор хоть с кем–либо, тем более, если этот «кто–то» находился сейчас, так сказать, на своей территории, совершенно забывая о том, что этими «владениями» чаще всего являлись комнаты в замке, которые принадлежали, собственно, родителям молодого паладина. Адриан сейчас абсолютно точно был в своей комнате, это я знал, поскольку видел, как он запирался на ключ, а если бы он вышел, то я бы сразу же узнал об этом, поскольку дверь в его комнате ужасно скрипит, а замок настолько старый, что ключ в нём проворачивается с таким скрежетом, что, кажется, оттуда сейчас выйдет не покойный для всех принц–бастард, а какая–нибудь тварь из бездны, потому что только её когти могли издавать столь страшные звуки, заставляющие идти из ушей кровь. Что же, кроме них вряд ли я кому–то ещё из нашей компании мог понадобиться, а потому это могли быть либо слуги, коих в замке, как мне показалось, стало вдруг больше, чем в то время как мы отсюда уезжали, либо сами хозяева замка, а, судя по тому, что никто не звал меня из–за двери, как это обычно делали те, кто живут исполнением чужих прихотей, то мне стоило как можно скорее подняться, привести себя хоть в сколько–нибудь приемлемый вид и поприветствовать тех, кто владел этим замком и столь радушно принял нас под свою крышу, что я, разумеется, и поспешил сделать, с искренним изумлением обнаружив, что там стоит не кто–то один из родителей моего доброго друга, а своим присутствием меня решили почтить сразу оба старших члена баронского семейства. Пропустив их внутрь и закрыв за ними дверь, я поклонился барону и поцеловал руку баронессы, как того требовали законы приличия, но больше ничего сделать не решался, поскольку тем более странным был их неожиданный визит, что на дворе уже стояла ночь, а в такое время господа обычно уже видят как минимум второй сон. Что же, думаю мне стоило приготовиться к серьёзному разговору, коих за последнее время что–то случалось уж слишком много, но тут уж, как говорится, ничего не попишешь. Конечно, сейчас я мог сослаться на нездоровье или усталость, отложив тем самым это мероприятие, но вряд ли бы это было вежливо, да и вид мой сейчас совершенно не напоминал о человеке, которого мучают хоть какие–нибудь проблемы, так что мне оставалось лишь выслушать то, что для меня приготовили славный барон и его жена, они не заставили ни себя, ни меня долго ждать:
— Мы понимаем, что наш визит для Вас может показаться немного странным. К тому же час довольно поздний, а потому мы просим прощения, но мы действительно не могли поступить иначе, а потому, прошу, выслушайте нас, — драматично и торжественно начал барон, при этом приложив сжатый кулак к сердцу, что, скорее всего, должно было означать то ли настоящую искренность извинений, то ли важность того, о чём он, собственно, мне собирался сказать, в любом случае эта пафосная фальшивая начальная нотка мне не понравилась, но я помнил, что хоть и явлюсь близким другом их старшего сына, но это мне не давало права нарушать этикет, тем более сейчас я находился в их доме и являлся гостем, которому позволили после долгого пути отдохнуть здесь, а потому было бы верхом неуважения сейчас переходить на тот неформальный тон, к которому я привык и, раз барон решил следовать такой модели разговора, то мне волей неволей придётся его поддержать и играть по его правилам.
— Я вас внимательно слушаю, барон. Я ещё не собирался ложиться спать, поэтому вам не стоит беспокоиться на счёт того, что вы пришли так поздно, я всегда рад видеть хозяев замка, которые так приветливо распахнули ворота перед несчастными путниками, уставшими от долгой дороги, — конечно, меня совершенно не волновало то, что нашу дорогу даже с очень и очень большой натяжкой можно было назвать длинной, но я просто старался придерживаться, так сказать, шаблона, а в подробности вдаваться кто–нибудь вряд ли захочет.
— Как раз на этот счёт я со своей женой и хотели поговорить с Вами, поскольку мы больше не знаем никого из них, а наш сын, Рилиан, сразу же уединился в своих покоях, чтобы отдохнуть.
— Простите ему нежелание увидеться с родственниками. Путь был действительно утомительный. Здешние леса, в отличие от вас, не очень привечают путников.
