— Нужно захватить населенный пункт Стулино. Действовать будете совместно с батальоном стрелков. По данным воздушной разведки, в селе находится до батальона пехоты, усиленной артиллерией, поэтому атаковать будете на рассвете, успех вам даст только внезапность и решительность атаки. Капитану, комбату стрелков, задачу ставит его комдив. Докладывать мне по радио в начале каждого часа. Желаю успеха, лейтенант, — добавил майор и пожал мне руку.
Когда я вернулся в батарею, там меня уже поджидал комбат, на самоходках десантом расположился его батальон. Поздоровались, при свете карманного фонаря сверили часы и карты с нанесенной на них обстановкой и боевой задачей. Время поджимало, за пять минут ознакомили офицеров с задачей, они, в свою очередь, довели ее до экипажей.
Около двух часов ночи наша колонна двинулась по темной лесной дороге. Мы с капитаном сидели рядом за крышкой командирского люка. Самоходка медленно продвигалась в голове колонны, впереди в качестве головного дозора действовала самоходка Ревуцкого с десантом — взводом стрелков, вооруженных ручными пулеметами, автоматами, гранатами и двумя ранцевыми огнеметами, что придавало десанту большую огневую мощь. Задача передовой заставы — своевременно предупредить внезапное нападение противника слева или справа, а с фронта мы поддерживали связь сигналами карманных фонарей с самоходкой Ревуцкого. Лес усиливал ночную темень, дороги практически не было видно, лишь изредка между клочьями бегущих облаков проглядывали кусочки темно-синего неба с яркими звездами и перевернутым серпом луны, на мгновение освещая наш путь. Двигатели самоходок работали мерно, на малых оборотах, и таким тихим был их рокот, что иногда мы слышали крик филина или шумный перелет охотившейся совы. Напрасно мы с комбатом напрягали зрение, всматриваясь в темноту, — ни зги не было видно. Успокаивало, что мы не слышали ни одного выстрела, значит, с этой стороны немцы не ждут нас. Но у каждого поворота дороги командир разведгруппы давал нам знать зеленым огнем карманного фонаря, что путь свободен.
Перед рассветом заметили световую прогалину, это было как сигнал: впереди опушка, дальше двигаться нельзя! Колонна тихо подошла к самоходке Ревуцкого, возле которой залегли, рассредоточившись вдоль опушки, разведчики батальона. Я заметил, что все находятся в боеготовности номер один, то есть в любую минуту готовы открыть огонь, хотя ни разведдозор, ни разведгруппа противника не встретили, и мысленно порадовался выучке командиров.
Стулино находилось впереди справа. Бесшумно колонна двинулась по лесной дороге, готовая принять боевой порядок напротив села.
— Слава богу, до рассвета развернуться успели, — в самое ухо сказал мне комбат и спрыгнул с самоходки.
На широком фронте взлетели в небо красные ракеты! Грянуло русское: «Урр-а-аа! Урр-а-аа!..» В такт загрохотали орудия самоходок, нанося удары по обороне противника фугасными снарядами! Было еще так темно, что огненные разрывы наших снарядов с трудом просматривались сквозь предрассветную мглу, однако паника в стане врага, поднятого такой внезапной побудкой, угадывалась страшная! В промежутках между орудийными выстрелами слышались надрывные крики, команды, вопли раненых! Но вот, относительно быстро, ударил встречный огонь из пушек и пулеметов! Самоходки, ведя огонь с коротких остановок, приближались к вражеской обороне широким фронтом, что создавало впечатление большого количества боевых машин, и в темноте немцы наверняка принимали их за танки. Когда до окопов первого рубежа оставалось метров восемьсот, самоходки начали рыскать по полю боя, избегая прямых попаданий. Пехотинцы старались не отставать от машин, на ходу ведя сильный пулеметно-автоматный огонь, продолжая терроризировать противника громогласным «Урр-а-а! Урр-а-а!» — клич их перекатами разносился по всему фронту наступления!
— Батарея! С коротких остановок, прикрываясь дымовыми гранатами! По пушкам! Огонь! — скомандовал по радио экипажам.
— Короткая! — сразу отдал команду наводчик, и в то же мгновение я швырнул дымовую гранату.
Через секунды наш снаряд достиг вражеской пушки, выбросив черный шар взрыва! Орудие перестало существовать!
