Батон с деньгами Пьеса (СИ) полностью

Батоненко. Я сказал, на этой неделе. Но прежде я хочу организовать тебе небольшой кабинет, чтобы ты был в нём один: в общей комнате конфиденциальность трудно тебе обеспечить. Я уже кое-что надумал. Тем более, Иван Ильич, тебя Антон Фёдорович перевёл на должность старшего научного сотрудника, и здесь не обошлось без моей подсказки. Понял? И кабинет будет весьма кстати.

Ильин. Понял, спасибо, Борис Васильевич, очень вам признателен.

Батоненко. Будем благодарить друг друга своими делами, я твои заботы знаю. Договорились?

Ильин. Договорились, Борис Васильевич.

Батоненко. Всё, иди работай. С площадями у нас, сам знаешь, поэтому твой кабинет надо с Антоном обговорить. Проблема, думаю, для меня решаемая. Там ещё побелить надо бы, пару столов затащить, два ключа у нас с тобой, но это детали. Всё, иди. Не прощаюсь, мы можем ещё увидеться, день-то большой.

Ильин уходит.

ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ

Батоненко и Первашов.

Первашов (неожиданно входит). Привет, Боря (здоровается за руку и садиться).

Батоненко. (встаёт). Здравствуй, Антон! Чем обязан: сам директор ко мне пожаловал второй раз за всё время.

Первашов. Садись, Боря, рядом проходил, не придавай большого значения. Хотя причина поговорить есть. С твоего примера и, как я понимаю, поддержки, у нас всё больше стали заключать договоров не научно-технических, а технических чисто - как грибов после дождя.

Батоненко. Нет, Антон, все научно-технические...

Первашов. Формально написано так, но по содержанию они технические. Сидит технолог на государственном предприятии, она чья-то жена, работой своей интересуется только в день зарплаты, ничего делать, к сожалению, не умеет. И мы берём на себя её работу, техническую, я подчёркиваю, хотя пишем научно-технический отчёт, за который нам предприятие платит государственные деньги, которых им не жаль именно потому, что они государственные. Мало того, они записывают себе в актив, что они участвуют в научно-техническом прогрессе, засоряют бумагами своё министерство - профанация получается, Борис Васильевич?..

Батоненко. Я тебя понимаю, о чём ты говоришь, но и ты пойми меня и других. Научная работа, к сожалению, мало кого интересует, нет на неё спроса. С нашей стороны предложение есть, а со стороны предприятий спроса почти нет, согласен?..

Первашов. Надо искать...

Батоненко. Мы ищем, но не находим, за исключением тех немногих случаев, которые тебе известны и договора с которыми у нас есть. Пойми, если мы будем игнорировать техническую, как ты говоришь, работу, её будут выполнять наши конкуренты. Конкуренты будут с деньгами, а мы - без них!

Мы, Антон Фёдорович, засохнем на бюджетных копейках, не будем развиваться. Деньги никто не отменял!

Первашов. Но мы так можем потерять главное - квалификацию своих сотрудников, выполняющих чисто практические задачи.

Батоненко. Мы ж не игнорируем научную работу, мы её дополняем! Будет спрос, мы, как пионеры, всегда готовы. Мало того, мы ищем и будем искать!

Первашов. Я зашёл к тебе с одним настроением, но ты меня в чём-то переубедил. Ладно, посмотрим, жизнь сама покажет, что к чему.

Батоненко. У меня, кстати, тоже к тебе небольшой разговор есть.

Первашов. О чём? Давай...

Батоненко. Я знаю, как ты ценишь этого вундеркинда, которого зовут "Три И", Ильина Ивана Ильича. Ты его ещё до защиты кандидатской перевёл в старшие - небывалый случай! Вот я и подумал, есть у нас комната метров шесть с половиной, она с окном, сейчас там швабры, лопаты и другой инвентарь.

Первашов. Это под лестницей что ли?

Батоненко. Да, она. Я подумал: не сделать ли там кабинет будущему светиле, пусть трудится во славу института, а для инвентаря отгородим под другой лестницей, там есть место.

Первашов. В принципе можно: комната на отшибе, её трудно использовать для лабораторных целей, другой бы в этой комнате дремал, а этот будет работать, отлично, пусть работает, согласен. Что ещё?

Батоненко. Всё. Другие дела я решаю сам, стараюсь тебя не отвлекать.

Первашов. Ладно, Боря, благодарю за службу, как в старину говорили. Что-то давно у нас дома тебя не видел, заходи, скучно, наверно, тебе одному жить, у нас какой-никакой народ.

Батоненко. Я привык, Антоша... бывает и скучно, к вам захожу, мы не всегда с тобой пересекаемся, Людмила Викторовна всегда на месте, иногда чем-нибудь вкусненьким угостит, с девочками побеседую.

Первашов. Ладно, будь здоров (уходит).

Батоненко. И ты, Антон Фёдорович, не болей!

ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЁРТОЕ

Батоненко и Хорьков.