- Здравствуй, Гарольд, - обратился к мальчику очень старый гоблин. Находились они сейчас не в Гринготсе. Специальный портал перенёс их в комнату, очень похожую на ту, в которой появился Гарри при первом переносе. Оттуда они прошли ещё пару коридоров и оказались в помещении обставленном с уютным минимализмом. То есть предметов в комнате было минимум, но при этом было уютно. Чувствовалось, что это не рабочий кабинет, а как минимум гостиная жилого дома. Провожал Гарри до этого места не Криткрок, а сам управляющий Гриплук. Представив Гарри старику, а старика Гарри, он удалился. - Ты позволишь называть тебя так? Это не признак неуважения, просто, мне, старику, неудобно называть мистером человека в несколько десятков раз младше себя.
- Я не настаиваю на официальности, господин Герхстлен, - ответил мальчик, осторожно усаживаясь в кресло напротив гоблина. Кресло было рассчитано на рост и телосложение гоблинов, но мальчику, в силу его худобы и возраста оказалось в самый раз.
- Просто, Герхстлен, - поправил его гоблин. - В устах мага “господин” звучит словно издевательство. Для того, кто помнит восстания гоблинов и их итоги.
- Хорошо, Герхстлен-сан, - исправился Гарри.
- Сан?
- В некоторых странах маглов, такой постфикс означает уважение к тому, к кому обращаются, - пояснил мальчик.
- Пусть будет сан, - вздохнул гоблин. - Видимо тебе будет так удобнее. Все же разница в возрасте всегда накладывает отпечаток на общение.
- Вы хотели встретиться со мной? - решил перейти к делу Гарри.
- Это так, Гарольд, - кивнул гоблин. - Не стану скрывать, мне стали известны результаты твоего Испытания Крови. Тайны Гринготтс и его клиентов не покидают его стен. Но внутри есть круг лиц, которые обязаны их знать, - Гарри кивнул. Он и не надеялся, что заинтересованные лица среди гоблинов останутся неоповещенными. Удивляла только скорость, с которой информация их достигла. - И я позволил себе передать предложение о встрече.
- Я его принял. Я здесь, - ответил Гарри. Этот гоблин напоминал ему Кацуру. Только старше. И Гарри уже начинал понимать, что от него хотят.
- Понимаешь, Гарольд, - вздохнул гоблин, - я очень долго живу на этом свете. И видел много. Много боли. Много войн. Я застал времена Инквизиции и создание Статута Секретности… Всё повторяется. Всё повторяется раз за разом. Противоречия в обществе копятся, растут. Подрастает поколение, которое жаждет перемен. Появляется страстный честолюбивый лидер. И происходит взрыв. Война. Революция. Бойня. Резня. Гонения.
Проходит время, и, устав от крови и ужасов, уже это поколение, которое рвалось всё менять и переделывать, останавливается на чём-то. Каком-то порядке. Очень часто, не слишком отличающемся от того, который они же и ломали… Это естественно. Страшно, но естественно. Правда, каждый новый виток этой страшной спирали несколько страшнее, несколько кровавее, несколько масштабнее…
- То есть вы считаете, что такое поколение выросло? - напряжённо спросил мальчик.
- Нет, Гарольд. Это поколение выросло двенадцать лет назад, - ответил гоблин.
- Вот как?
- Так я считаю. Это просто моё мнение, - приподнял в защитном жесте руки гоблин. - Новое поколение бунтарей вырасти ещё не успело. Вообще время смены людских поколений - двадцать пять лет. А поколение бунтарей и того реже, примерно, через одно-два поколения…
- Но? - в ожидании спросил мальчик.
- Маги не люди. Некоторые из них живут долго… А некоторые ещё и воскресают…
- А вы откровенны, Герхлест-сан, - расслабил плечи Гарри. Это не значило, что он расслабился. Наоборот. Мечник, готовясь к бою, всегда расслабляет рабочие мышцы. Это позволяет уменьшить время реакции.
- Я стар, Гарольд, - ответил на это гоблин. - Играть и темнить мне больше не интересно. Просто я не хочу в последние свои дни видеть кровавый хаос войны. Как гибнут мои правнуки и всё, что я и мои товарищи строили всю жизнь. Я смотрю на тебя, Гарольд, и вижу Силу. Ты - Сила, Гарольд… - внимательно всмотрелся в мальчика гоблин. - И ты знаешь об этом, - утвердительно кивнул самому себе он.
- Вы хотите попросить мою Силу? Хотите направить мою руку? - снова вспомнив Кацуру, спросил Гарри. - Я устал от битв, Герхстлен-сан. Я выбросил свой меч. Во мне больше нет желания менять мир.
- Я не прошу твою силу, Гарольд. У меня нет ни страсти, ни мудрости направлять твою руку. Я слишком стар для этого.
- Тогда, что вы хотите? Зачем вы разглядели во мне Силу?
