– Возможно, этот страх и тоска по определенности и заставляет людей покупать себе механические часы, – продолжил Шапиро, – хоть они и здорово проигрывают кварцевым в точности и практичности, зато они понятны. Что творится внутри кварцевых часов – неясно, а здесь – все можно увидеть собственными глазами. Механические часы показывают ньютоновское время, понятное и предсказуемое, уютное.
– Человеку трудно смириться с мыслью, что время – не круги, которые описывают стрелки, а движение, от неведомого нам изначального порядка к будущему хаосу, от рождения к смерти. Повернуть это движение вспять невозможно. Все, что может сделать человек – замедлить или ускорить время. Если человек сопротивляется энтропии – время замедляется. Я ремонтирую часы, привожу их в порядок, отнимаю у хаоса, значит, я замедляю время. Если я создаю вокруг себя хаос и беспорядок – время ускоряется, и Апокалипсис все ближе.
– Кстати, об Апокалипсисе, – наконец-то нашелся повод унять словесный поток мастера. – Вы как-то упомянули часы Апокалипсиса, это ваша новая разработка?
– Часы Апокалипсиса? – Шапиро свел брови, вспоминая. – Наверное, это была просто красивая фраза. Я работаю сейчас над новыми часами, но это не часы Апокалипсиса, а нечто прямо противоположное.
– Противоположное Апокалипсису? Зарождение жизни?
– Скорее, рождение Вселенной. Именно то, что вы не смогли объяснить своей дочке. Большой Взрыв!
Резкий спазм сдавил мне горло. Я откашлялся.
– Но я пока не готов говорить об этом с журналистами, даже с журналистами-друзьями!
«Не готов? Ну-ну», – подумал я, поглаживая внезапно занывший правый бок, и произнес, слегка задумчиво: – Большой взрыв. Биг Бэнг. Это же знаменитая серия часов «юбло»!
Сработало безотказно. «Неготовый говорить с журналистами» Шапиро моментально взвился.
– «Юбло»! Они назвали Большим Взрывом свою самую примитивную компьютерную поделку! В нем столько же от Большого Взрыва, сколько в морковных пирогах, которые за двадцать пять лет так и не научилась печь моя жена. «Юбло»!
– Я вовсе не такой уж большой поклонник «юбло», – продолжал я бередить душевные раны Шапиро, – но нельзя не признать, что они нашли действительно удачное название и использовали его на все сто, выжали, как лимон. Теперь человеку, который задумает вновь использовать словосочетание «Большой Взрыв», будет очень нелегко. Придется представить что-то действительно необычное.
– Уверяю вас! – воскликнул Шапиро. – Это будет нечто действительно необычное. Шарлатаны из «юбло» не способны о таком даже мечтать!
Я постарался изобразить на своем лице тщательно скрываемый скепсис. Шапиро взвился еще больше.
– Часы, которые заводятся от энергии, высвобождающейся при взрыве! Как вам такое?! – Шапиро торжествующе сложил руки на груди. – Это, между прочим, точная метафора начала времени. Большой Взрыв! Банг! – Шапиро взмахнул руками. – Время пошло! Это будет то же самое, только в миниатюрном масштабе.
– Очень интересно! – согласился я. – Но как такое возможно на практике?
– Возможно, – загадочно улыбнулся Шапиро. – Все возможно. Я сейчас много экспериментирую. Конечно, много препятствий, ограничений… Знаете, не так просто в Швейцарии ставить эксперименты со взрывами, да еще стараться сохранять тайну, чтобы шакалы из «юбло» ничего не пронюхали и не украли идею.
– То есть вы действительно где-то что-то взрываете?
– Пока только готовлюсь, собираю необходимое оборудование и материалы. У меня ведь только недавно появились деньги на исследования. Благодаря вам…
– Но это же опасно! Взрывы и все такое…
– Разумеется, я не собираюсь ничего взрывать в своем ателье. Я знаю одно место, далеко в горах, военные там время от времени взрывают что-то свое. Можно будет все устроить так, что никто ничего не заметит. Впрочем, простите, Владимир, я вам и так уже слишком много сказал. Надеюсь, что все это останется пока между нами. Когда придет время, обещаю вам, что вы будете первым журналистом, которому я расскажу о результатах своих исследований.
«Он мне обещает, – подумал я. Снова заныл отбитый бок. – Меня чуть не убили из-за твоих фантазий. Ну, подожди у меня».
– Спасибо за доверие, Даниэль! – прочувствовано произнес я. – Собственно, я пришел, чтобы сообщить вам кое-какую конфиденциальную информацию. Это звучит не менее фантастично, чем ваш концепт, но прошу отнестись к этому серьезно.
– Что случилось? – Шапиро насторожился.
– Поймите, для меня это все тоже стало полной неожиданностью. Я никак не мог предположить такого поворота. Да, наверное, никто на моем месте не мог бы такого предположить…
– В чем дело? – Шапиро побледнел.
– В общем, вас хотят похитить, – сказал я, понизив голос.
Шапиро отложил инструменты, подался вперед и произнес почти шепотом.
– Кто?
– Вы слышали что-нибудь про проект Сколково в России?
– Нет, – покачал головой Шапиро.
