С этой стороны всё пошло гладко, а вдобавок Гузь задался вопросом, а сколько реально стоит повозка? Оказалось — прилично, что не особо его удивило. Продажа чисто за какие-либо деньги не практиковалась, потому как это было бы больше тысячи пуговиц, а куда денешь столько? Так что, меняли на разные товары. Плюс, повозка сама по себе была бесполезна без пары альпак, так что общая цена получится ещё больше. Гарлик рассказал, что одно время работал в повозкострое прямо здесь, в Перекатышке, так что имел хорошее представление о том, как это делается. Например, разные фигурные детали из дерева не вырезали, как можно подумать, а сгибали. Для этого требовалось основательно прогреть мокрое дерево, и оно становилось вполне пластичным, а после сушки снова становилось твёрдым. Даже ободы колёс так делали, и они служили весьма долго. В остальном деревянную повозку обрабатывали таким образом, чтобы она была как можно более лёгкой, и вульперы достигли тут хороших результатов — пустую повозку можно хоть самому тянуть. Ясен кусь, что повозки делали не только в Перекатышке, но именно здесь их делали наиболее продвинутыми методами — те которые собирали в местах вроде Хатжумы, получались куда хуже.
— Да что ты будешь делать с ними, а? — разыгрывал возмущение Огузин, — И повозки делают, и форжа у них есть.
— А теперь, твоими стараниями, будут ещё и годные стволы, — хихикнула Огнея, пихнув его в пух.
— Просто, понимаешь в чём кусь, — почесал башку рыжий, оглядывая табор, — Ведь у Хатжумы есть почти непреодолимая защита.
— Да ну? — не поверила вульпера.
— Ну да. Называется "математика", — захихикал Гузь, — Всмысле, чтобы устроить хотя бы рейд на Хатжуму, придётся потратить уйму ресурсов, а что получишь в итоге? Ну по морде это понятно, возьмём даже в идеальном случае?
— Ну, по большому счёту, да, — прикинула Нея, — И что?
— То, что Перекатышка уже выбивается из этой схемы, — показал на базар Огузин, — Здесь довольно много всего, а дойти сюда уже не так сложно как к нам, думаю, ввиду близости оазисов.
— Но кто может напасть?… А правда, кто? — фыркнула Огнея, — Я не так сильна в картографии. На северо-запад поселения ситраков, но сколько их там, кто же знает? Может, докуся, а может никуся, и тот отряд что вы покрошили возле Вазы, это всё что было. Конечно, говорят, что в мире ещё полно разных народов и есть всякое, так что, может случиться… всякое.
— Вот именно. Поэтому, никак нельзя расслаблять хвост. Хотя конечно здесь и над этим работают, — признал Гузь, — Если бы они не чесались, то могли бы и не купить Обши.
— Ещё не забывай, что у них достаточно ездоков на хохах, — добавила Нея, — А это значит, что на несколько дней пути всё вокруг разведывается. И табор не цельная колода, если что — так он разъедется в разные стороны, попробуй поищи в дюнах.
— Да я-то и пробовать не стану, — хмыкнул Гузь, — Но ладно, пока терпимо.
А ещё, как он успел узнать от Лумки, в таборе есть щенячья пырь, как это обзывали, и школа. В Хатжуме Итрис и другие щарящие тоже проводили уроки для вульперят, но нерегулярно и без особой системы, а здесь к этому подошли серьёзнее, потому как были возможности. Мелких учили всему тому, что им точно пригодится в пустыне, а также общим сведениям о мире. А "щенячья пырь" — это когда мамаши сдавали своих совсем мелких на попечение какой-либо одной вульпере, чтобы иметь возможность заниматься хозяйством. Простая вроде идея выигрывала для табора очень много пользы, высвобождая рабочие лапы…
— Накусь, хорош, а то мы отсюда никогда не уйдём, — с долей шутки крякнул Огузин.
Кстати, заметил он же, большой табор как Перекатышка пожалуй может себе позволить куда большее количество хвостов, чем обычное поселение. На одном месте прокормить ораву в четыреста альпак никак нельзя, а когда табор постоянно двигается и охватывает большую территорию, с которой можно собирать ресурсы, это другое дело. Опять та же самая математика, что защищает от нападения Хатжуму. Интересно, а почему тоже самое не сработало с Вазой, и ситраки таки туда припёрлись… вероятно, мы чего-то не знаем, сделал вывод Гузь. Или они просто тупят, или… Он припомнил ту самую повозку, к которой не полез тогда ночью, и которую змеюки охраняли сильнее, чем свои припасы. Вульпер слегка ёрзал от любопытства, но с другой стороны, понимал, что это не перспективное направление, и ему было чем заняться помимо. Да хоть бы и схватить лапами рыжую пушнину, чего уж там.
