— Это философии слова, — отмахнулся Пхитен, — А вот девчонку один старый осёл подставил, это факт.
Огузин, как и остальные, только ушами водил, стараясь переварить полученные данные. Шаманы вообще занимались своей так сказать отраслью магии — стихиями, и не так уж много знали о предмете. Правда, скорее всего, об этом предмете вообще никто не знал достаточно. Насколько точно передавали правду сказания, Тёмное Пламя пришло из Бездны, из той же, откуда в мир лезли демоны. Но для демонов эта штука оказалась ну очень неприятной, так что они просто исчезли, и долгое время никто их в глаза не видывал — как они там поживают и поживают ли вообще, точно никто сказать не мог. В мире же Пламя устроило глобальный катаклизм, изменивший положение дел во многих регионах. Ничего более внятного Пхитен поведать не мог, потому как до сего дня вообще никак не интересовался темой, за неимением надобности.
— Послушайте ухом, а у вас тут нету сонного шарика? — вспомнил Гузь.
— Есть, — признался Пхитен, — Да, это может сработать. Найти её ты не сможешь, но убедиться, что она жива, это да. Кумекаешь, рыжий!
— Этот рыжий так кумекает, что дай кусь всякому, — хмыкнул Зех.
— Но это попозжа, а так-то всё равно надо караван обернуть, — напомнила Пуфелина, — Дуф не будет ждать, пока вы тут решаете.
— Ну, допустим, сейчас-то Дуфу лучше было бы подождать, если надо, — заметил Пхитен, — Давайте я вам пришлю Шиллу, разбирайтесь с торговлей.
— Вот ещё что, — крякнул Гузь, — Ты знаешь, что творится в Логове?
— Знаю, — спокойно ответил шаман, — И поверь, если бы мы не шевелились, было бы ещё хуже.
— Но это надо как-то прекращать!
— Гузь, — серьёзно сказал Пхитен, — Мы это обязательно прекратим. Но Пустыня — это лишь малая часть мира, сечёшь? Мне не лыбится спровоцировать тут очередную войну или ещё какую выкусень. Всему своё время, пока оно терпит.
— А если завтра эти гадики перестанут поставлять корм?
— То я просто пошлю корм отсюда, — ухмыльнулся шам, — Не дураки, чай.
На этом пока философии слова окончили, и вернулись к перетаскиванию предметов, как обычно. К удовольствию ходоков, шерстяные нитки и полотно улетели только в путь. Цена была не заоблачная, но и не низкая — самое то, короче. Улетало же по той причине, что у вульперов и ордынцев были разные масштабы, и то что в Пустыне очень много — для внешнего рынка мало. Чтобы забить хотя бы один грузовой корабль, который ездил по морю под парусами, Перекатышке и Скрипке надо было работать много лун. Торговлю осуществляли сначала просто бартерным методом, меняя товар на товар, чтоб не возиться с монетами. Огузин потёр лапы, и вскорости мог своими глазами наблюдать целую кучу стальных слитков, которые лежали на складе. Будучи въедливым, он не поленился взять сначала только один слиток и провести над ним ряд опытов, убеждаясь в том, что свойства мета подходящие, а затем через Шиллу пытал местного кузнеца-таурена, какая температура нужна для плавки. Ему ничуть не лыбилось притащить мет в Хатжуму и сделать открытие, что его нельзя плавить на тамошней форже. Но, судя по всему, должно таки пойти… Этот вывод был сделан не с потолка, а потому как Гузь своими глазами позырил на горн в кузне и прикинул, как тот работает. Правда, тот самый рогатый весьма подозрительно косился на вульпера, задающего такие вопросы, но по крайней мере, проблем это не доставило.
Как раз после того, как караванщики изрядно ушатались, таская предметы и думая головой, Огузина снова взяли за уши шамы, влили в него настойки, и он улёгся на коврик для очередного сеанса сонных похождений. Они не могли знать теперь, в какое время стоит ловить Рифу во сне, поэтому собирались пробовать методом случайного выбора. На этот раз Гузь выбрал в качестве локации этот самый форт, только не в настоящий момент времени, а в прошлом, когда здесь проходил караван Хумши. К его радости, он таки сумел отыскать коричневые уши Рифы среди довольно размытой иллюзии — по крайней мере, как его просветили, найти таким образом можно только того, кто ещё жив.
— Гууузь?? — офигела Серифа, увидев его, — Как ты здесь оказался?
— Сонный шарик, — правдиво ответил рыжий, — Рифа, мне надо тебе что-то сказать.
— Ты мне уже и так наговорил, — фыркнула она, — Про всякую шаманскую дичь.
Огузина мальца пробило холодным потом, потому как только на этом месте он осознал, что не просто глючит во сне, а действительно получает связь с вульперой. Впрочем, культурный шок не выбил его из колеи.
— Риф, это важно, — мягко сказал он, взяв её под лапку, — Для тебя, и для других.
— Ох, ну ладно, — нехотя согласилась она, — Вроде как тебе можно доверять, герой.
— Ага. Так вот, вскоре ты пойдёшь на базар, и там тебя схватят, скорее всего, эльфы или их наёмники…
Гузь терпеливо подождал, пока Серифа проржётся.
— … так и будет, поверь мне. Но они не знают про Тёмное Пламя, ту штуку, которую ты схватила в Вазе. Не вздумай рассказывать им. А мы приложим все усилия, чтобы тебя вытащить.
