Взяв в расчёт наш рацион, довольно неплохой, но однообразный и дополненный едой с огорода, работу призрака на должности преподавателя истории магии, совмещение многими учителями разных должностей, я заподозрил, что директор Дамблдор из наших, в смысле — евреев. Экономия на всём, чтобы получить свой гешефт и никто не мог подкопаться. Папа это с одной стороны одобрил бы, с другой — возмутился бы, что экономят на его детях.
Уже больше полугода я учусь в школе магии и волшебства Хогвартс. Учёба и клубные занятия отнимали много времени, но мне нравилось изучать магию, поэтому помимо прочего много времени посвящал чтению литературы по магии.
Обычно школьники предпочитают брать в библиотеке книги и работать с ними в другом месте: спальне, гостиной своего факультета, свободном классе, которых в замке огромное множество или на природе, если на улице хорошая и тёплая погода. Я предпочитал работать с литературой в читальном зале библиотеки. Несмотря на то, что он был большим, тут зачастую было мало народа, всегда было тихо. За последнее стоит благодарить школьного библиотекаря мадам Пинс — сурового вида даму лет сорока, с тёмными волосами, выдающимся носом и стройной фигурой.
Прошли пасхальные каникулы. За это время удалось познакомиться с большей частью учеников, с которыми чаще всего приходилось пересекаться. Обычно в библиотеке зависали ребята с Райвенкло или старшекурсники пятого и седьмого годов обучения, они усиленно готовились к сдаче экзаменов, а на мелочь вроде меня внимания не обращали. Наряду со мной завсегдатаем библиотеки была первокурсница с Гриффиндора.
У этой девочки карие глаза, на лице веснушки. Волосы тёмно-каштанового цвета, вьющиеся, спадающие на плечи, с пробором с левой стороны. Они никогда не были уложены в аккуратную причёску и напоминали воронье гнездо. Полагаю, она привыкла к фену, а в Хогвартсе не было розеток, при этом с бытовыми чарами девочка явно не успела познакомиться. Форма у неё всегда была аккуратной. Гермиона постоянно носила тяжёлую сумку с кучей книг.
Об этой девочке ходили слухи, будто на Хэллоуин на неё в женском туалете напал тролль. После этого её долго не было видно в библиотеке. Ни разу не видел её с друзьями, что странно. Ведь со мной частенько зависали в библиотеке Тони, Терри и Майкл, вместе или по очереди. С такой любовью к книгам ей бы учиться на нашем факультете.
В последнее время при встрече я кивком здоровался с этой девочкой, поскольку я воспитанный еврейский мальчик. Пейсы не дадут соврать. Вот и сейчас она вновь сидела в уголке читального зала библиотеки, обложившись книгами.
Подойдя к стойке библиотекаря, я кивнул и вежливо произнёс:
— Добрый день, мадам Пинс. Будьте любезны, мне нужна литература по рунам.
Ирма Пинс взмахнула пипидастром (перьевой метелкой), стряхнув со стойки невидимую пыль.
— Мальчик, ты разве не первокурсник? — удивилась она. — Зачем тебе руны?
— Я слышал, что профессор Бабблинг преподаёт древние руны. Раз еврейка выбрала этот предмет в качестве основного, значит, в рунах что-то есть. Вот я и захотел познакомиться с ними поближе.
Смерив меня настороженным взглядом, мадам Пинс направилась к стеллажам с книгами и набрала три разных толстых и пыльных тома. Поставив их на стойку, она смела с книг пыль резкими движениями пипидастра.
— Вот, — произнесла библиотекарь, — это старые книги по рунам, которые использовались в качестве учебников и дополнительной литературы в начале века, когда руны были обязательным предметом.
— Спасибо, мадам Пинс. Можно будет забрать книги с собой? Боюсь, я не успею прочитать все три за сегодня.
— Конечно, — кивнула библиотекарь, продолжая сверлить меня подозрительным взглядом. — Но если замечу, что ты портишь книги, берегись!
— Что вы! Ни в коем случае.
Забрав стопку литературы, я двинулся в сторону столиков с лавками. Проходя мимо знакомой с Гриффиндора, кивнул ей.
— Привет. Я Джеймс Миллер, — улыбнулся я девочке. — Можно присесть?
Девочка с удивлением взглянула на меня, в её глазах читалось недоверие и непонимание. Она с недоумением спросила:
— Ты ко мне обращаешься?
— Ты таки всегда отвечаешь вопросом на вопрос?
— Гермиона Грейнджер, — поджав губы, сказала девочка. — Я не против, если ты будешь сидеть со мной, Джеймс. Только не мешай.
— Приятно познакомиться.
Положив на стол книги и сумку с вещами, я занял место рядом с девочкой. Она с любопытством разглядывала мои фолианты.
— Древние руны? — неприкрытое удивление сквозило в голосе Гермионы. — Но разве ты не первокурсник?
— И что с того? — слегка усмехнулся я. Говорить приходилось шёпотом, иначе мадам Пинс нас бы мгновенно выгнала из библиотеки. — Разве где-то есть правила, запрещающие первокурснику учить руны?
— Но зачем? — с недоумением спросила девочка.
— Интересно.
— Джеймс, а ты из семьи волшебников?
— Да. Мой папа ювелир, он с помощью трансфигурации делает украшения и продаёт их в британских ювелирных магазинах, а мама ведьма-домохозяйка.
— Но разве так можно? — продолжала удивляться Гермиона. — Я имею в виду, разве волшебники могут продавать что-то маглам?
