— Возможно, потому, что они уверены — она в «Чудном мгновении» и не могла ничего сделать, — ответила Чарли. — Подождите, — продолжала она, когда у нее зазвонил телефон. — Это мне оттуда звонят.
Она вышла в коридор, чтобы поговорить.
Женщина на другом конце представилась как Марианна Рен, заведующая реабилитационным центром «Чудное мгновение». Чарли тут же выпалила, что хотела бы поговорить с Лу Мун, которая проживает у них.
— Ее здесь нет, — ответила Марианна.
— А где же она в таком случае?
— Этого мы не знаем. Она сбежала… неделю тому назад.
— С тех пор она выходила на контакт? — спросила Чарли, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие.
— Нет, мы пытались ей позвонить, но не дозвонились. Я сообщила об этом в полицию Кристинехамна. Можно спросить, в чем дело?
— Речь идет о пропавшем младенце, — ответила Чарли, ничего больше не объясняя. Она исходила из того, что большинство уже наслышано о пропаже Беатрис.
— Но какое отношение ко всему этому имеет Лу? — удивилась Марианна.
— Она — биологическая мать ребенка.
Последовала пауза.
— Вы ошибаетесь, — сказала Марианна. — У Лу нет никакого ребенка.
— Складывается впечатление, что есть, — заявила Чарли. — Мне необходимо приехать и побеседовать с вами на месте.
— Через полчаса у меня начинается групповая сессия.
— Придется ее отложить.
Чарли уговорила Стину, что сама справится с посещением «Чудного мгновения». Совершенно излишне, как она выразилась, отправлять туда несколько человек, если известно, что Лу там нет. Пусть лучше Грегер возьмет с собой Роя, поедет к Пальмгренам и потребует у них объяснения по поводу новых сведений.
Женщина, встретившая Чарли у входа, больше всего напоминала труп. Может быть, все дело в бледной коже с голубоватым отливом или же в слишком светлой помаде. Чарли повидала на своем веку так много мертвецов, что такая маленькая деталь могла заставить ее мысли унестись прочь и превратить живых в умерших.
— Я не располагаю никакими сведениями о том, что Лу родила ребенка, — сказала Марианна Рен, проводив Чарли в свой кабинет. У ее ног сидела странная собачка, заставившая Чарли вспомнить бесконечных кошек в Люккебу, рождавшихся от близкородственных союзов.
— Лу родила дочь в России девять месяцев назад, — пояснила Чарли. — Именно эта девочка сейчас пропала. Она и есть Беатрис.
— Ничего не понимаю, — пробормотала Марианна. — У нас есть ее карточка, и там ничего не написано о том, что она родила ребенка.
— Значит, это не было занесено в карточку, — ответила Чарли.
— Но Лу никогда ни словом не обмолвилась о ребенке. У нас было много бесед, и…
— Я приехала не для того, чтобы выяснять, почему она вам не рассказала, — прервала ее Чарли. — Нам нужно найти ее как можно скорее. У вас есть соображения по поводу того, где она может быть?
Марианна покачала головой. Мать девочки умерла, а о других родственниках ей ничего не известно. Она сама обзвонила бывшие приемные семьи, где находилась девочка, но никто ничего не знал о Лу. Правда, несколько дней назад звонил какой-то мужчина и спрашивал ее, но, услышав, что она сбежала, просто положил трубку.
— Вы записали номер?
— Он не опознался.
— У Лу здесь есть подруги? — спросила Чарли. — Кто-нибудь, с кем у нее доверительные отношения?
— Да, она жила в одной комнате с Сарой, — ответила Марианна. — Я с ней тоже разговаривала, но она утверждает, что ничего не знает — правда, это еще не значит, что дело обстоит именно так. Девочки молчат, словно воды в рот набрали, покрывая друг друга.
Она покачала головой, словно это плохое качество — защищать своих друзей.
— Но вы можете попробовать поговорить с ней, — продолжала Марианна — Может быть, она поймет серьезность ситуации, если ее начнет расспрашивать полицейский.
В длинном коридоре висели по стенам черно-белые фотографии в рамках. Чарли успела разглядеть на них белые халаты и людей в шляпах, стоящих в ряд.
Комната Сары располагалась на третьем этаже. По пути туда они миновали окно, где сидела, съежившись, девочка с темными взъерошенными волосами.
— Иди вниз, Никки, — сказала ей Марианна — Ты прекрасно знаешь, что мы не сидим на окнах.
Девочка по имени Никки вздохнула и спрыгнула с подоконника. Когда через несколько секунд Чарли обернулась, девочка снова сидела на своем месте.
— Вот здесь, — сказала Марианна, когда они поднялись на третий этаж. После двух быстрых стуков она открыла дверь.
— Оставьте меня в покое, — произнес голос.
— Приехала полиция, — сказала Марианна. — Спустись, пожалуйста, и надень, ради бога, что-нибудь поверх этой ночной рубашки.
— Это платье.
Голос показался Чарли знакомым, но только увидев девочку в черном неглиже, она поняла, кто перед ней. В голове промелькнули образы: вот она сидит и курит на вышке для прыжков в Гюльспонге, дом с рождественскими украшениями среди лета, темные глаза, которые стали… еще темнее, констатировала Чарли, встретившись глазами с Сарой Ларссон.
— Папа-то умер, — сказала Сара, когда Чарли спросила ее, как она попала в «Чудное мгновение».
