Я возвращаюсь в палату к девчонкам. Они сидят обнявшись, словно птички и мне не хочется нарушать идиллию. У меня есть час до конца посещения. Думаю мне его хватит.
Стою на улице, под пронизывающим насквозь ветром. Клиника построена на семи ветрах, архитекторам следовало бы оторвать руки,уши и прочие выступающие части тела. Смотрю на часы. Прошло уже полчаса, а этот гад так и не приехал. Время утекает как песок сквозь пальцы. Уже собираюсь набрать номер и отчитать нерадивого служащего Серегу, как телефон звонит в кармане сам. Ну сейчас он у меня получит.
- Ты где?- рычу я в мембрану телефона.- Я околел тут уже, тебя ждавши.
- Глеб Егорович Золотов? – несется мне в ухо бесстрастный казенный голос, незнакомого мне человека.- Полчаса назад с этого номера вам был звонок. Кем вы приходитесь Сергею Юрьевичу Вяльцеву?
- Другом,- уверенно отвечаю я, чувствуя, как сердце проваливается куда – то вниз, в район ослабших тут же колен.
- Произошла авария. Ваш знакомый в очень тяжелом состоянии. Судя по всему, кроме вас близких у него нет, потому звоню вам. Мы отвезем его в Военный госпиталь, привезите, пожалуйста, с собой все документы, желательно полис, медкарту мы запросим сами,- деловито перечисляет голос. Я понять не могу женщина со мной говорит или мужчина. Да какая разница, черт возьми.
- Я буду там через час,- выдыхаю я, пытаясь понять, каким образом Серега мог попасть в аварию. Всегда аккуратный, соблюдающий все правила движения, пристегивающийся даже в лесу. Как он мог? И на этот вопрос ответа я не нахожу, хоть меня убивайте.
Настя
Здесь будет детская. Вот в этой комнате, со слуховыми окнами и скошенными потолками. Она небольшая, и вообще не соответствует статусности небоскреба, но мне нравится именно своей нестандартностью. Только стены перекрашу в мятный цвет, чтобы подходил и мальчикам и девочке. Ну вот я так чувствую – будут мальчишки, похожие друг на друга, как две капли воды, горластые и хулиганистые и синеглазая девочка, с папиными глазами и, ну уж ладно, маленьким конопатым носом.
Глеб обещал скоро вернуться. Но его нет ужу пять часов. Я страшно соскучилась. Странно, как это раньше я могла без него существовать?
- Рыжуха. Я дома.- несется родной голос из холла. Мне не нравится вообще – то, что лифт открывается сразу в комнату. Странная архитектура.. Но, я читала, что это последний писк дизайнерского безумия. – Ты где? Надеюсь не привела в дом любовника, пока твой верный рыцарь мотался в поисках пропитания?
-Какой ты глупый,- наигранно хмурюсь я, рассматривая сидящего на пуфике «добытчика», за километр воняющего виски. – Я думала ты по делам поехал.
- Так и было. Но потом оказалось, что справиться психологически с этими проблемами, не приняв на грудь, практически невозможно. Насть, не злись. Вот, смотри, что у меня есть.
Глеб лезет в карман и достает три маленьких свертка. Начинает разворачивать их. Получается у него плохо. Потому он чертыхаясь, просто разрывает яркую оберточную бумагу, выкладывая передо мной три крошечных боди. Два – небесно-голубого цвета, на которых написано «мамин сорванец №1» и «мамин сорванец №2» и одно розовое. На нем серебром выведено «папина принцесска». Господи, где он только нарыл такой кич? Но эти маленькие тряпочки прекрасны, невзирая на дурацкие, но очень трогательные надписи. Он прочел мои мысли.
- Насть, у меня друг разбился. В коме сейчас, и я не знаю, выкарабкается ли он. И с Ольгой проблемы. Я тебя обманул. Я так и не сказал ей, что свадьбы не будет, - кается мой Дикий Вепрь. – А завтра мне нужно уехать. На целых два дня придется оставить тебя одну. Если бы ты знала, как я боюсь этого.
Его ладони обхватывают моё лицо. Я чувствую жар исходящий от мужчины, стоящего напротив меня, и понимаю, что и я не знаю, как смогу пережить эти два дня. Бедный, на него столько всего свалилось. Моя беременность, несчастье с его другом. Конечно он не смог поговорить со своей невестой.
- Я не сержусь,- тянусь к нему губами,- Золотов, ты знаешь, чего я сейчас хочу?
- Неужели сала с клубникой? - хмыкает он, явно вспоминая вчерашний вечер, когда мне приспичило перекусить редькой сдобренной вареньем. И ведь он побежал ночью в магазин. И принес мне сморщенный дайкон, найденный в какой - то забегаловке. и пыльную банку варенья. Даже не хочу предполагать, где ее надыбал мой храбрый добытчик.
- Дурак,- делаю вид, что обижена.
- Еще какой.