Бедная Марта полностью

Женщины вставали с постелей, набрасывали на себя одежду и выходили наружу, чтобы присоединиться к своей убитой горем подруге. Они опускались на колени рядом с нею, обнимая ее, пока Марта не оказалась укрыта ковром из дружеских рук.

Среди них не было женщины, на долю которой не выпала бы невосполнимая потеря, которой не пришлось бы пережить настоящую трагедию. Так было всегда, и так будет впредь. Это и называется жизнь. Для того они и пришли в этот мир — терять детей, мужей и надежду.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Марта пребывала в такой ярости, что даже много дней спустя не могла спать по ночам. Она была так зла, что все ее тело буквально клокотало от гнева. Ее преследовали кошмары: ей виделся умирающий сын. На работе она ни с кем не разговаривала, а лишь яростно строчила мешковину на швейной машинке. Мистер и Жакетта хранили молчание.

Возвращаясь домой в понедельник, после того как она получила известие о смерти Джо, Марта зашла в полицейский участок на Роуз-хилл, где сержант Гиллиган вершил суд равно над виновными и невинными, восседая за высоким столом. Он и сейчас сидел там, с важным видом перебирая бумаги.

— Убийца! — плюнула ему в лицо Марта.

Широкая физиономия полисмена покраснела.

— Послушайте, миссис, — начал он, но Марта не собиралась выслушивать слова, готовые слететь с его лживых уст. Она решила, что он покраснел оттого, что знал о смерти Джо и ожидал неприятностей от взбешенной матери погибшего мальчишки.

— Нет, это тыпослушай меня, проклятая жирная свинья! — выкрикнула она. — Это ты виноват в том, что мой сын, мой Джо погиб. Ему было всего четырнадцать лет, и его бы и близко не подпустили к армии, если бы не ты. — Обвиняющим жестом она выбросила руку вперед, ткнув в него пальцем. — Убийца! — крикнула она снова. — Хорош полицейский, нечего сказать! Отправляешь на смерть несмышленых детей!

Должно быть, сержант не отличался долготерпением, потому что тут же взорвался.

— Арестуйте ее! Арестуйте эту женщину! — завизжал он, обращаясь к двум констеблям, которые оказались поблизости. Никто из них не пошевелился. Рожа сержанта побагровела, и он закашлялся, наливаясь вовсе уж нездоровым румянцем и пытаясь восстановить дыхание, которое застряло у него в горле.

— Чтоб ты подавился и издох, — пожелала ему на прощание Марта, после чего развернулась и вышла из участка.

Лили и Джорджи были в слезах, когда она вернулась домой. С того самого момента, как она рассказала им о смерти брата, они плакали навзрыд, не переставая, в отличие от своей матери, которая пребывала в такой ярости, что готова была разорвать окружающий мир на кусочки.

Она обняла детей, прижала их к себе и расцеловала.

— Интересно, придут ли сегодня Франк и Джойс? — пробормотала она.

— Джойс обещала принести картофель с рыбой, мам, — напомнила ей Лили.

— Конечно, родная. Я забыла.

Известие о гибели Джо потрясло всю семью. Карло остался дома на выходные, он даже сидел с ними в одной комнате, глядя куда-то перед собой покрасневшими глазами, в которых была невыносимая боль. Он почти все время молчал, и Марта тоже не разговаривала с ним. Она считала, что, будучи отцом Джо, он должен был сделать что-нибудь, помешать сыну уйти в армию, а не предоставлять возможность разбираться во всем ей, простой и неграмотной женщине. Но при этом Марта и себя чувствовала виноватой в том, что не сумела сделать большего. Например, она могла бы отправить Джо в Ирландию, к родственникам, где он жил бы до тех пор, пока война не закончилась. Она сдалась слишком легко, тогда как должна была сражаться за сына до последнего.

На днях она собиралась наведаться к Артуру Хансону и попросить его узнать, как именно и где погиб Джо. Она должназнать; это нельзя было оставлять просто так. Она тысячу раз представляла себе, как оборвалась и без того слишком короткая жизнь ее сына. Во всяком случае, пока она не узнает всей правды, она не поверит до конца в его смерть.

Пришла Джойс, принесла картофель с рыбой. Позже появился Франк с кулечком мятной карамели. Марта поразилась тому, что она, оказывается, голодна, хотя еда не доставила ей ни малейшего удовольствия. Карло ушел.

— Вчера в газетах писали что-то о всеобщей мобилизации, — заметила Джойс после того, как они поужинали. — Это значит, что правительство намерено призывать мужчин в армию, а не ждать, пока они придут сами.

— Почему призывают только мужчин? — поинтересовалась Лили.

— Потому что женщины не умеют воевать, — пояснил ей Франк. — Во всяком случае, не умеют так, как мужчины.

—  Ябы с радостью пошла на войну, — храбро заявила Лили. — Мне хочется отомстить немецким солдатам за то, что они убили нашего Джо.