– Собакой могли управлять на расстоянии. Такой ошейник имеет устойчивый радиус приема до нескольких десятков метров. А хорошие модели – и по сотне. Так что шутник мог спрятаться где-то неподалеку и подстегнуть свою собачку.
– Тот мужик! Сначала натравил на меня свою псину, потом подбежал посмотреть, что получилось. А когда собака не захотела успокоиться, он ее огрел палкой.
Таня огляделась по сторонам. У ее ног ластился Барон, а вот той злобной твари нигде не было видно.
– Куда она делась?
– Получила палкой и убежала. Вон ее следы! В лес почесала!
Возле собачьих следов виднелись капли крови.
– Она умрет!
– Не обязательно. Попали ей по хребту и задней части. И судя по тому, с какой скоростью она удирала, серьезного ущерба она не получила.
– Как жестоко!
– А что? Нужно было позволить ей загрызть тебя?
Таня вспомнила оскаленные зубы, ощутила на своем лице брызжущую слюну и горячее дыхание собаки и содрогнулась.
– Нет, лучше уж так!
– Я тоже так думаю, – кивнул Саша. – Если животное проявляет неуправляемую агрессию к человеку, то выход тут только один. Животное надо вразумить. Ну, пойдем!
Ребята отвели Таню в дом бабы Гали, где тоже услышали выстрел и переполошились. А когда в дверях появилась заплаканная Таня в разодранном тулупе, все заохали на разные голоса.
– Да как же это? Что за собака такая? Наш Трезорка на цепи сидит. Как гости съехались, я его от греха подальше привязала. Чья же собака на тебя напала? Как она выглядела?
Таня принялась вспоминать. Собака была небольшой, с гладкой серой шерстью, похожей на небольшую овчарку.
– У наших таких собак нет, – заявила баба Галя. – Хотя, может, привез кто. Пройдусь по соседям, может, разузнаю чего про эту тварь.
– Вряд ли эта собака была из здешних. Если бы ее хозяин находился в Диковинно, то собака бы побежала к домам. А она учесала в лес.
– Может, и впрямь волк? Или одичавшая собака?
Волк или дикая собака в электронном ошейнике за несколько тысяч рублей? В такое Саше что-то слабо верилось.
А Таню от пережитого ужаса стало трясти. Только сейчас до нее дошло, что она могла погибнуть от клыков той жуткой злобной твари, и девушку забила мелкая дрожь.
– На! Выпей!
Марина протянула Тане стакан, наполненный чем-то пахнущим мятой и спиртом.
– Это живо приведет тебя в чувство!
Но получилось с точностью до наоборот.
Таня едва успела опрокинуть в себя настойку, как почувствовала, что сознание ее куда-то уплывает. Она чувствовала, что ее несут, кладут в кровать и уходят. А дальше она заснула.
Когда девушка проснулась, то первым делом посмотрела в окно, там светило солнышко, погода была прекрасной.
Настроение у Тани мигом улучшилось. До чего все-таки хорошо, что она осталась жива и может наслаждаться всем этим. И солнцем, и небом, и утром.
Потом она взглянула на часы и ахнула:
– Проспала!
И Таня спрыгнула с кровати. Утренний автобус приходил в Диковинно в семь тридцать, а часы показывали уже почти десять.
– Почему вы меня не разбудили? Я снова проспала!
Марина в ответ лишь невозмутимо пожала плечами.
– Ты вчера натерпелась, замерзла, тебя чуть собака не сожрала. Мы решили, что будет лучше дать тебе поспать.
– Мы не правы? – поддержал ее Сергей. – Разве тебе куда-то срочно нужно?
– Нет, но… не могу же я у вас навсегда поселиться.
– Навсегда тебе и не нужно, а немного пожить запросто можешь. Нам только в радость.
Таня с недоумением посмотрела на Марину. С чего это она такая добрая? Марина не производила впечатления человека, который готов приютить у себя какую-то бродяжку без надежды извлечь из этого предприятия какую-то свою выгоду.
Но какая выгода могла быть Марине с Тани? Этого девушка не понимала.
– Позавтракаешь, до речки прогуляйся, – предложила ей Марина. – Водицы бабе Гале из иордани зачерпнешь. Бабка верит, что водица из приготовленной для Крещения проруби целительной силой обладает. Сделаешь?
Таня согласилась. Уж такую малость она для гостеприимной и доброй бабы Гали сделать могла.
– Да и чего тебе дома сидеть? – мигом повеселела Марина. – Погода прекрасная, а времени у тебя до вечера еще вагон и маленькая тележка.
– Почему до вечера? Автобус же в три часа дня приходит.
– Это по будним дням. А сегодня суббота. По субботам и воскресеньям он только два раза в день приезжает.
– Снова ждать до вечера?
– А чего нет? – удивилась Марина. – Посмотри, день-то какой чудесный! Прямо как у Пушкина! Мороз и солнце!
День и впрямь был чудесный. С ярко-голубого неба светило солнышко. Отражаясь в недавно выпавшем чистейшем снегу, оно сверкало так, что глазам было больно. После вчерашнего снегопада заметно потеплело, морозец был совсем легкий, он приятно бодрил и слегка кусал щеки и нос.
– Кстати, тулупчик вчерашний в полную негодность пришел, – сказала Марина. – И пуховичок твой тоже пострадал. Его баба Галя к тете Нюре отнесла, та у нас мастерица по художественной штопке. К вечеру будет готов, а пока что бери мою шубу.
Шуба у Марины была знатная. Длинная, сшитая из черного каракуля, даже по виду очень тяжелая.
Таня буквально утонула в ней. На плечи легла неподъемная тяжесть.
Но Марина пристально наблюдала за девушкой:
– Нравится?
