Великий Князь заметался по сокровищнице подобно птице с перебитым крылом. Он бросался то к одному постаменту, то к другому. Трогал пустой бархат, на котором прежде лежали Осколки, бешено мотал головой и не мог поверить очевидному. Его богатство, то, что он так долго собирал, исчезло.
Вдруг Святослав застыл. Словно очнулся. Тень безумия, которая легла на него, развеялась, и правитель обернулся. Но посмотрел не на Вредителя, а на фамильную печать. Он оказался подле нее в одно мгновение, бережно трогая поврежденные контуры. Теперь и Алексей, благодаря действиям Князя, различил вмешательство в защитную форму. И даже словно почувствовал хист знакомого ему кощея.
Сегодняшний день принес немало удивления. Однако сейчас Вредитель хмурил брови от очередного непонимания. Как мог Ткач, пусть и кощей, пробраться сюда? Как ему удалось нарушить фамильную защитную печать? Бред.
Видимо, Великого Князя обуревали те же самые мысли. Но было еще что-то. Заставившее Святослава наклониться к полу и провести по каменным плитам пальцами. Собирая не грязь — пепел.
— Я думал, ты умнее, — негромко, с горькой усмешкой сказал он.
— Не понимаю, Ваше Величество, — честно признался Вредитель, разглядывая черные от сажи пальцы Святослава.
— Огонь может уничтожить многое. Кроме крови. А кровь всегда несет хист того, кому принадлежала.
— Ваше Величество… — нахмурился крон, еще не понимая, что имеет в виду правитель, но чувствуя его дурное настроение и угрожающий тон.
— Я не представляю, что это за ритуал. В любом случае мощный. Кровь крона, хист кощея. А сейчас ты, наверное, убьешь меня, так?
— Ваше Величество, это какая-то ошибка. Я всю жизнь служил вам верой и правдой. А прежде служил вашему отцу.
— Тебе не привыкать видеть смерть Князей и выбирать новых, ведь так?
Шея крона запунцевела от злобы, а лицо Вредителя пошло пятнами. Но он сдержался. Мальчишка всегда был гневлив и скор на выводы. Надо лишь дать ему остыть, пусть в текущих реалиях это и казалось почти невозможным.
— Вы ошибаетесь, Ваше Величество, — торопливо проговорил Вредитель. — Я не имею никакого отношения к тому, что произошло.
— Не имеешь⁈ — в глазах Святослава плескалось плохо скрываемое безумие. — Хорошо. Тогда отдай мне Осколок.
Тон правителя изменился в одно мгновение. Из угрожающе-презрительно стал почти елейным.
— Осколок?
— Да, тот самый, который достал Матвей. Если ты поистине верен мне, то это не вызовет у тебя сложностей.
Сначала Алексей правда хотел это сделать. Потому что знал истинную силу Осколков. Как ведал и о проклятье, которые они носят в себе. Великая сила и не менее страшная плата за это.
К тому же, он был верен Князю. Все то время, пока служил ему. Он выполнял любые поручения, не раздумывая над их справедливостью.
Однако теперь все изменилось. Крон вновь взглянул на Святослава и понял, что этого делать нельзя. Не сейчас. В глазах Великого Князя теперь плескалось столько черного безумия, что даже такой опытный и старый крон как Вредитель невольно поежился. Осколок, кощей и фамильная печать. Адский коктейль, который может совладать даже с кроном. А, судя по всему, ныне Великий Князь был намерен только карать.
— Ваше Величество…
— Осколок! — потребовал правитель.
— Сейчас лучше всего…
— Просто дай мне этот гребаный Осколок!
Рука Святослава дрожала, как у забывшего похмелиться пьяницы. А сам он предстал больным от нервного истощения человеком. И тогда Алексей Вредитель опустил глаза и отрицательно помотал головой. Он знал, что иногда ради общего блага даже правителю нужно отказывать.
Вот только не ожидал того, что произойдет после. Боль от заклинания перебила дыхание и оставила глубокие порезы на груди. Вдвойне было обиднее от того, что когда-то он сам показал формулу Когтей Святославу.
Впрочем, следующую атаку он уже встретил во всеоружии. По-драконовски. Его способность создавать Огненный щит была как нельзя кстати. Все заклинания, которые Святослав обрушивал на него, разбивались о невидимый купол.
И Князь, несмотря на внезапную лихорадку безумия, изменил тактику. Он перестал пытаться пробить защиту Вредителя, вместо этого поместив свою руку в печать. И стал загребать энергию прямо оттуда. Невероятное по глупости действие. Невероятное по силе решение.
Сколько было там магической энергии — одному лишь богу известно. Однозначно меньше, чем в Осколке, но все же очень много.
— Ваше Величество, одумайтесь, — пытался воззвать к благоразумию крон.
Он бы мог еще все простить. Включая капающую с груди кровь. Однако Святослав отказывался прислушаться к голосу разума. Крон медленно, вдоль стены, добрел до выхода, но тут обнаружил неприятную новость. Великий Князь закрыл проход, не собираясь выпускать его отсюда.
— Осколок! — повторил он.
— Нет, — твердо сказал Вредитель.
