Два милиционера остались со следователем, а остальные выдвинулись в Дятлово, только к этому времени уже стемнело, а дом Герасима оказался закрыт. Соседка рассказала, что тот на охоте уже третий день, что с головой у одинокого инвалида войны не в порядке, так что может и на неделю задержаться, и что позавчера его искал мужчина, который остался у неё ночевать, а утром следующего дня уехал. Агент уголовного розыска в докладе отметил, что свидетельница фотографию Добровольского не опознала, своего гостя описывала как невысокого, с ясным лицом и серыми глазами, при этом глаза самой свидетельницы были влажные и мечтательные. Сын свидетельницы, Иван, подтвердил, что Герасим в тот день охотился, а незнакомец расспрашивал о человеке, которого инвалид мог подвезти. Как зовут гостя, соседка Герасима и её сын знали точно, она утверждала, что Матвей, а он — что Трофим.
— Подозрительная личность, — сказал уполномоченный, — а ну-ка, мать, ещё раз его опиши.
Глаз у сотрудника ОГПУ был намётанный, агент угро тоже слепотой не страдал, и в портрете гостя они признали человека, с которым столкнулись утром, на въезде в соседнее село. Ну а поскольку Герасим мог везти только одного человека, подозреваемого Добровольского, то, скорее всего, гость женщины вполне мог ехать тем же поездом и быть его сообщником. Поэтому наскоро составленное словесное описание отослали в город, чтобы показать милиционерами Сидорчуку и Гулькину, которые пассажиров поезда хоть как-то, но видели. Вместе с портретом уполномоченный ОГПУ передал запрос по ходу курьерского, не сходил ли кто из пассажиров на станции Убинск вперёд плацкарты.
Ответ на запрос не потребовался, потому что Сидорчук, прибывший около полуночи на место, заявил, что узнал в описании сотрудника НКВД, ехавшего в том же поезде, а именно основной отличительной приметой выступил свёрнутый на бок нос, это агент угро тоже отметил в своём докладе, как и то, что по ранее полученным данным, именно этот человек первым осмотрел трупы бандитов.
. Пассажир с фамилией Бейлин, несмотря на ранение, потребовал, чтобы его сняли с дрезины на железнодорожной станции Кожурла, которая располагалась вблизи села Александровское. Вместе с ним сбежало имущество отдела милиции, а именно розыскная собака породы доберман. Тут же и уполномоченный, и агент угро вспомнили, что именно такая собака лежала на повозке, которой управлял встреченный ими человек.
— Лихому надо доложить срочно, — сказал агент, — похоже, дело серьёзное, с крупной бандой дело имеем.
— Как он у вас, ещё не застрелился? — уполномоченный не сдержал улыбки, о привычке начальника уголовного розыска Барабинска прикладывать револьвер к виску по любому поводу знали почти все.
— По такой жизни любой бы хотел. Только времени нет.
Ранним утром по лыжным следам милиционеры, следователь и сотрудник ОГПУ отыскали мужчину, который к моменту их прибытия был давно мёртв. Причину смерти на месте установить не удалось, потому что, опять же указал в докладе агент угро, лицо и часть тела жителя Дятлово, предположительно Герасима Кузмича Запойлова, 1875 года рождения, были объедены дикими зверьми, предположительно волками.
— Странно, — сказал уполномоченный, глядя на труп, — соседи сказали, что охотник он опытный, как мог вот так опростоволоситься?
— Голова повёрнута странно, — следователь зарисовывал расположение тела и других предметов, — словно сломал шею, или свернул кто.
— Может, Бейлин свернул?
— Может и он, — согласился следователь, — отправим тело в больницу. Барабинская станционная сгорела, придётся в Убинское везти, или в Каинск. Вот ты подумай, если Добровольский, Бейлин и эта шайка были заодно, зачем друг в друга стреляли? Не сходится.
— Найдём — сойдётся, — уверенно сказал уполномоченный, — раз Бейлин искал Добровольского, наверняка или нашёл, или знает, где он. Пожалуй, десятком сабель мы не обойдёмся, надо по сёлам послать людей вместе с милицией.
— Тут, насколько я помню, вариантов-то немного, дорога идёт от путей до самой Кандагуловки, а в другую сторону до Убинского. Вот ты бы куда поехал?
— В Убинское, там на поезд сесть можно.
— Вот и я о том же, — следователь кивнул, -если так, то они уже в пути, надо на станции поспрашивать, не садились ли такие лица в железнодорожный состав, и если да, то в какой.
— Сделаем, только вон Сидорчук говорит, что Добровольского подранил, на санях Герасима следы крови имеются, и Бейлин тоже ранен. Далеко они уйти не могли, где-то отлёживаются, потому как на станции подозрение вызовут своим израненным видом. Ну а если вдруг они сглупили, и в Кандагуловку отправились, тоже не беда, оттуда разве что с обозом, а их мы проверим на раз. Начнём искать прямо сейчас с теми, кто есть, — уполномоченный расстелил карту, ткнул пальцем в пунктирную линию, — сегодня до полудня обещались полувзвод прислать, их тоже снарядим на разведку. Попадутся, голубчики, как в силки.
