За что и поплатился, ибо некромаг не отличался особо спокойным нравом. Молча и спокойно в ответ на красноречивую тираду, сунул руку в окошко, и крепкой рукой схватил сквернослова за ухоженную бороду.
— Где стоит "Медуза"?! — легкое движение рукой, и обладатель бороды встречается носом с досками будки.
Изнутри раздался шелест бумаг, и сдавленный голос ответил. Конечно же, уже совсем другим тоном:
— Номер тридцать, номер тридцать — там пришвартован! Отпусти!
— Спасибо. — и еще два глухих удара. Для профилактики.
Оглянувшись по сторонам, Альфаран никак не мог понять — что за номер, какой номер, и где он? Однако осматривая очередной корабль, он наконец заметил на причале, недалеко от него, столб, к которому был прибит лист железа, с надписью "1".
Метров через сорок, там где стоял второй корабль — столб под номером "2".
Еще дальше, виднелся третий столб.
И судя по всему, до столба под тридцатым номером было топать и топать!
…Корабли, корабли и еще раз корабли. Дойдя наконец до этого проклятого столба под номером тридцать, Альфаран испытывал только одно желание.
А именно, засунуть этот столб (не снимая с него железный лист!) в одно из срамных мест тому, кто этот порт построил. Во всяком случае нехилая толика лоска, с некромага уже сошла.
Мундир был слегка помят, на светлом воротнике рубашки были разводы пота. Будь у некромага длинные волосы — они тоже были бы мокрыми насквозь, однако сейчас, мокрой была только нижняя часть пилотки. Помимо всего прочего, ужасно стала мешать наплечная сумка, с личными вещами.
— Ну наконец-то…. - выдохнул некромаг, после чего подтянулся, тщательно оправил мундир, и ступил на трап.
Войдя на корабль, он сразу же стал объектом внимания, всех матросов, занятых своими делами.
— Хто таков? — подошел к юнкеру один из них. Голый по пояс, он поигрывал развитыми мышцами. На загорелой его руке, совместно с мышцами, двигалась татуировка — какая-то морская тварь из легенд. — Чого надо?
Альфаран с некоторой натяжкой оторвал взгляд от татуировки (сделана была на редкость хорошо), и наконец ответил:
— К капитану проводи. Я на Корумус плыву, на этом корабле.
— Тю, дурачь. — только сейчас некромаг понял, что татуированный говорит с каким-то акцентом — Плаваеть гимно, а корабли — ходють. Пийдев за мною, до капитану проведу.
За матросом — вглубь корабля, по узкой лестнице. Пару раз задев деревянную стенку, Альфаран подумал что мундир уже ничто не спасет.
Кабинет капитана не отличался какой либо роскошностью, или размерами. Средних таких размеров комнатка. Но жары в ней не было — и некромаг сразу почувствовал себя легче и увереннее.
Поэтому он совершенно спокойно прошел к столу, за которым сидел капитан корабля.
— Юнкер-лейтенант Альфаран. Родового имени не имею. Вот мои документы.
Несколько бумаг, с сургучными печатями легли на стол.
Капитан, огладил короткие седые волосы, и потер подбородок, заросший седой же щетиной. Его карие глаза, быстро, хотя и с видимыми запинками, пробежались по строчкам. Прочтя все, он поднялся с простенького деревянного стула, и протянул некромагу мясистую ладонь.
— Налрас. Можно на ты.
Альфаран завершил рукопожатие, и криво улыбнулся:
— Сколько будет длиться плавание? И могу ли я пройти в свою каюту?
— Седмицу не меньше, моя "Медуза" крепка но тихоходна. — капитан тоже улыбнулся, что придало его широкому лицу, добродушное выражение — Каюта твоя — напротив моего кабинета. Заваливай, спи. Отплываем вечером, ближе к ночи, время еще есть.
Учитывая то, что было не больше четырех часов дня — времени действительно было еще много. Единственный раз за весь день, уже лежа на жесткой кровати, некромаг позволил себе полностью расслабиться, и уснул с легкой душой.
Уже наступила ночь, и корабль три часа как плыл в открытом море, когда Альфаран наконец проснулся. Встав с койки… он тут же упал обратно. Голова ехала кругом, а из желудка, к горлу, с самыми ясными намерениями полз твердый комок.
Толком не одевшись, юнкер вылетел на палубу, и перегнувшись через поручни, облегчил желудок в бездонное море.
— Смотри не упади! — этот голос внезапно прозвучавший сзади, был ему не знаком
В перерыве между очередным "облегчением", некромаг смог ответить:
— Плевать! Хуже уже не будет!
— Ну, это ты зря. Первый раз — всегда самый тяжкий. — говоривший встал рядом с Альфараном, и похлопал его по спине. — Если сильный, то дня через три привыкнешь.
Некромаг, наконец придавший своему телу нормальное положение, обернулся… и узрел лишь спину карабкающегося на мачту моряка. Тусклый лунный свет выделял светлые волосы, длиной примерно до ушей. Больше ничего не было видно.
Желудок, наконец осознавший себя пустым, позволил своему хозяину передохнуть, и юнкер-лейтенант, слегка ежась от зябкого ветра, прошел на корму корабля. Вдали, яркими огоньками сиял порт. Покачивающийся корабль, придавал всему этому какой-то завораживающий вид: море, и далекие огни, отвлекали от всех проблем.
В конце концов устав терпеть прохладу, юнкер хлопнул себя по бокам, и решил вернуться в каюту. Однако, войдя внутрь, он увидел сидящего на стуле капитана.
