Вежливо поклонился, давая понять, что пока дальнейшее общение откладывается на озвученное им время. Демонстративно пожав плечиками, дамы вышли, а Михаил облегчённо вздохнул – Хвала Богам, наконец то его оставили в покое. Хотя бы на два часа… Впрочем, спустя истекшее время Звонарёв сильно сомневался, что всё обойдётся так просто. Дамочки явились в медотсек, как им и было приказано, но едва утихли охи и ахи по поводу имеющегося оборудования, как дружно начали раздеваться – в Содружестве, в отличие от Империи Новая Русь, было принято ложиться в медкапсулу в том, в чём мама родила. По глазам брызнуло обнажённым женским телом, впрочем, несмотря на возраст, вдовствующая императрица выглядела семнадцатилетней красоткой с на диво ухоженной фигуркой, радующей всеми положенными выпуклостями. Мартихорки тоже имели великолепное строение, не уступающее своему опекаемому объекту. Только вот тела эти были опять же покрыты множеством татуировок. А обе близняшки, сияя выбритыми черепами, виляя бёдрами, продефилировали к указанным им капсулам и улеглись внутрь. Михаил разозлился за столь откровенную провокацию, поэтому ввёл в программу проверки кое-какие изменения. Дождавшись, пока колпаки закроются, повернулся к императрице, спокойно стоящей возле своей капсулы в натуральном, тк сказать, виде.
– Ваше величество?
Та, не скрываясь, спокойно повернулась к нему, демонстрируя великолепную, надо сказать, грудь четвёртого размера, задорно качнувшуюся от движения. Звонарёв невольно сглотнул, и это не укрылось от взгляда женщины, задорно улыбнувшейся ему, совершенно не стесняясь своего натурального вида:
– Подержи девчонок после процедуры во сне. Нам надо поговорить кое о чём наедине.
– Сделаю, ваше величество. А теперь не могли бы вы…
Та молча нырнула внутрь устройства. Прозрачный колпак плавно опустился на место, герметизируя капсулу…
– Девчонки спят?
Первое, что услышал Звонарёв, когда колпак поднялся, а Иллея Саис уселась на мягком ложе и свесила длинные стройные ноги. Честно говоря, он не понимал, чего добивается бабуля, хотя и выглядевшая семнадцатилетней красоткой. Уж не соблазнить же та его решила? Всё-таки ему реальных двадцать семь, ей, соответственно, на сто шестьдесят больше. У него же психологический барьер просто не позволит! Да и разница в положении. Хотя владыки и чувствуют, что он чужак, а то, что он сделал для них говорит повелителям людей о том. что данный человек из мира, значительно превосходящего Содружество по развитию, тем не менее, он один. А людей – миллиарды! Захотят – уничтожат, не считаясь с ценой, которую придётся за это заплатить. Элементарно задавят мясом и утопят в крови…
– Спят, ваше…
– Иллея. Давай без чинов и званий, Михх.
Пожал плечами:
– Как пожелаете, ва… Иллея. И не могли бы вы одеться?
– Не нравится?
– Да нет…
Махнул рукой, отводя взгляд в сторону:
– Но я же знаю…
Та усмехнулась уже не дразнящей, а жёсткой улыбкой прожжёного политика:
– Лишнее доказательство, что ты чужой в Содружестве. И несмотря на то, что позиционируешь себя противоположностью землянам, между вами есть много общего. Только они обращают внимание на возраст партнёра…
Встала, потянувшись так, что Михаил ощутил шевеление между ног.
– Но если тебе будет так удобнее – никаких проблем.
Подошла к аккуратно сложенному комбинезону, в котором явилась сюда, не торопясь оделась, затем, оглядевшись по сторонам, подтянула ногой к себе небольшую банкетку и уселась напротив молодого человека.
– Это действительно твоя дочь?
– А есть сомнения?
– Уже нет. И её мать аграфка?
– Была. Погибла при нападении на «Нагану».
Женщина чуть подалась назад, сверля его взглядом. Затем тихо произнесла:
– Но особой любви между вами не было. Я вижу.
Пожал плечами:
– Сам не ожидал. Но раз Света появилась на свет… Хех, каламбур получился… То я не вправе бросать мать своего ребёнка, тем более – дитя.
– Понимаю.
– Ещё вопросы, Иллея? Или мне можно поднимать девчонок?
– Погоди. Разбудить их всегда успеешь. Надеюсь, ты понимаешь, что я на борту твоего корабля не просто так.
– Само собой, госпожа Саис. Кто, будучи в здравом уме, станет отправлять саму вдовствующую императрицу на борт корабля простого наёмника? Да ещё обычным наблюдателем?
– Хм… И почему же я здесь? Какого твоё мнение по этому поводу?
– Думаю, ваш сын хочет узнать, не ошибается ли он по моему поводу? Не является ли его осторожность в поведении по отношению ко мне перестраховкой? И, в случае, если это действительно ошибка с его стороны, перейти к более жёсткой политике.
– Идеально…
Не произнесла, а выдохнула женщина.
– Ты даже развил то, что я хотела сама тебе сказать. Но это первый слой. А второй?
Теперь улыбнулся Звонарёв:
– Хоть пятый. Но скажу одно – император не ошибся. И доказательства, причём исчёрпывающие все ваши мысли, идеи и слова, я предоставлю вам на обратном пути к «Сегенде». А до той поры просто исполняйте свои обязанности, Иллея. Вас послали наблюдателем – так будьте им.
– Скучно.
Неожиданно пожаловалась ему та.
– Что, простите?
Он на миг растерялся, а женщина вздохнула: