Диди развела руками и чуть не смахнула на пушистый ковер чашечку с остатками кофе.
-Мне? Понимаешь девочка, я свои хайра состриг давным-давно... Но с хайрами потерял еще что-то... Здесь, -
Паул прижал руки к груди и продолжил, печально смотря почему-то в окно.
-И все мои некоммерческие вкладывания в некоммерческие планы, ну во все эти фестивали, экологические поселения, рок-концерты и прочее, это только жалкая попытка вернуть хоть частицу того, что я когда-то потерял с хайрами... Но дважды в одну реку не вступишь...
-Мне тебя жалко, -
Диди встала с кресла, нагнулась к Паулу и поцеловала того в морщинистый лоб с все теми же предательскими пятнами старости...
-Приезжай к нам, оттянешься, Паул, может быть найдешь хоть кусочек того, что посеял, -
Слави потрепал миллионера и бизнесмена Аллена за плечо и они, стриженный и волосатый, ударили друг друга кулаком об кулак.
-О,кэй фолкс, о,кэй, я стал совсем старым и раскис. Переходим к нашим делам.
Паул легко приподнялся, вскочил и пересек в два шага кабинет, уселся за свой бескрайний письменный стол, на ходу махнув рукой по глазам.
-На вашу Хипляндию согласен дать денег. И в достаточном количестве. Естественно не наличными и только целенаправленно - на землю под договор о купле-продаже, на строительство под договор с фирмой и так далее. Я думаю суммы в один миллион паундов вам должно хватить, с учетом курса чешской кроны и цен в вашей Чехии...
Слави отвалился в кресле с широко распахнутым ртом, и не мог выдавить из себя ни звука, Диди же сложив руки на коленях, тихо спросила:
-А ты сам к нам приедешь, Паул? Мы бы со Слави были бы очень рады...
МОСКВА.
Заснеженные улицы, занесенные снегом площади, памятники укутанные в белые шубы, посередине площади Лубянка, бывшая им.Дзержинского, бывшая Лубянка, никчемной тумбой с нахлобученной шапкой сугроба, возвышался пустой пьедестал. На котором когда-то гордо торчал доминантой малых архитектурных форм вовсе не малый, а довольно-таки длинным памятником жестокий, коварный и въедливый поляк. Сейчас же этот жалкий остаток былого могущества напоминал то ли занесенную снегом бочку из под пива, то ли тумбу для рекламы... И первое, и второе больше соответствовало сегодняшнему дню России, чем памятник какому-то там паршивому поляку, совершенно не врубавшемуся в идею Великой и Неделимой...
Тьфу, и лезет же в голову всякая херня, натурально сплюнул Георгий Сергеевич на ковер и отойдя от окна, повернулся к давно замолчавшему Юре. Усевшись в кресло, отличная финская кожа скрипнула и нехотя подалась, принимая формы начальственного зада, Георгий Сергеевич вытащил из лежащей перед ним на полировке письменного стола пачки "Мальборо" - эх юность фарцовочная, сигарету, Юра мгновенно щелкнул "Ронсоном" и клуб аккуратного дыма пополз по кабинету. В котором еще несколько дней назад наслаждался жизнью глава Синдиката Иван Евсеевич Гаврилов, по совместительству генерал-лейтенант ФСБ, так совсем - для себя, некстати внезапно умерший от острой сердечной недостаточности... Что поделаешь - все мы смертны, но некоторые более смертны, чем другие.
Георгий Сергеевич с удовольствием потянулся всем своим тридцати двухлетним телом и с еще большим удовольствием отметил про себя и не вслух - здоров, богат, многими любим, при отличнейшей должности, которая еще больше принесет возможностей и достатка, ну что еще желать от жизни - золотой рыбки? ничего...
-Так что Юра, говоришь первые покусы не принесли результат? -
еще раз поинтересовался услышанным Георгий Сергеевич. На что Юрий с готовностью кивнул головою и подтвердил :
-Так точно, господин полковник.
-Не хотят работать или его действительно там нет? -
начальственно выпустив облако дыма прямо в лицо некурящему секретарю, полковник испытал хоть небольшое, но все же удовольствие. Юрий изо всех сил сдерживаясь от кашля, мужественно развел руками, как будто хотел обнять своего нового начальника.
-Да-а-а, и что же теперь делать? -
позволил порасуждать себе вслух Георгий Сергеевич, на что Юрий со злорадством ответил - так тебе и надо, херов выскочка, младше меня сука на десять лет, ни дня не прослужил в Конторе, а сразу ему сволочи полковника, скотина, фарцовщик несчастный... Ответил Юрий совершенно с невозмутимым лицом и про себя. Не вслух. Надо сказать, прошлое Георгия Сергеевича в Конторе ни для не было секретом, так как на него здесь, в этих стенах, в свое время было заведено агентурное дело и присвоен агентурный псевдоним - Стиляга. Которым тогда еще просто Жора и подписывал свои донесения, освещая среду фарцовщиков города Москвы... Новые времена - новые нравы, кто же знал тогда, в далеком 88, что через двенадцать лет Стиляга станет полковником и начальником отдела ФСБ? Ни кто...
-Ну что же. Поболтали и хватит. Пиши Юра приказ, пиши. Всем агентурам...
-Резидентурам, осмелюсь поправить, господин полковник.
-О,кэй, резидентурам Западной и Южной Европы, -
покладисто согласился с поправкой господин полковник.
