К концу недели переполох в СМИ достиг своего апогея. В дело включился бульварный еженедельник "Чешская сметана", который переврал все - от названия Центра до фамилии пана Милана и Алекса, извратив как смогла задачи и цели Центра. Раскрыв страшную тайну - Центр организован русской мафией с целью легализации в Чехии тяжелых наркотиков, как эксперимент поддерживаемый Общей Европой! После такого можно было ожидать чего угодно - вплоть до бомбардировки маленькими ядерными бомбочками... Но как ни странно, именно после этой самой статьи Слави успокоился. Диди удивлялась - когда статьи были дружескими и благожелательными в начале недели, Слави был как на иголках и не находил себе места, а после такого беспардонного вранья - успокоение... Загадочная русская душа, хотя в ее русском гризли кроме языка еще только борода наверное и было русского... Больше всего подходит определение - космополит.
Иногда Диди удивлялась не гризли, а самой себе. Как же это так, из андеграундной герлы в мартинсах и повернутой на защите всего и вся, стала такая, ну точно как ма, хипповая конформистка, вполне довольная своим собственным положением на вторых ролях... Собственным гризли, собственным маленьким делом. Диди участвовала в выпусках хиппового журнала, разрабатывала хипповые модели для швейной мастерской, помогала Маркете оформлять выдаваемые Центром хипповые брошюры на хипповые темы... Иногда писала песни на музыку, которая периодически появлялась у нее в голове, но незнакомая с нотной записью и играющая на флейте только на слух, Диди записывала эту музыку на магнитофон, наигрывая ее губами - брум-бум-лалала... Она мурлыкала и повторяла ее про себя, иногда звуки вырывались наружу, привлекая удивленный взгляд Маркеты, Алекса, Нуры или самого гризли...
Диди ни кому еще не рассказывала о своем новом увлечении, прятала пленки-кассеты подальше, да и какие это были песни, так, бормоталки как у медведя Пу, про себя, про детство, про ма и па, живущих в разных концах земного шара, про гризли, Центр, андеграундную юность и вернувшееся хипповое детство...
Еще ни разу, если конечно не брать собственно детство, Диди не было так клево, так спокойно, так ни-ш-тяк, как говорит Слави... Не было так хорошо, как сейчас. С этим русским гризли вернулось детство и всемогущество - сказал Слави, что мол полетим за прайсами в Лондон - и полетели, и привезли... Сказал - будем строить государство хипповое, значит так и будет... Как в детстве - что захотел, то и получилось... Диди еще ни разу не встречалась с таким, с таким, с таким... Просто нет слов, Слави как танк, нет-нет, как ледник! да-да, как ледник, только горячий, да-да, как лава из вулкана, медленно, горячо и неотвратимо растекается своими идеями по судьбам других людей... И если тебе его идеи не нравятся или не подходят, отскочи, отойди в сторону, иначе обожжешься или даже сгоришь!.. В своих устремлениях он неотвратим, как полет планеты... а за его спиной спокойно, уютно и безопасно, как в детстве за спиной у па, сидя в рюкзачке и выглядывая через плечо на окружающий мир...
Диди потерлась щекою об плечо Слави, провела рукой по волосатой груди, животу и ниже, прошептала в ухо, украшенное серьгой - в темноте не видно, но языком чувствуется:
-Ты мой гризли...
В ответ донеслось негромкое похрапывание... Вот и говори ему приятное - скорчила в темноте Диди гримаску, улыбнулась и в который уже раз подумала - а клево бы познакомить Слави с па, они такие похожие, им бы было ништяк и интересно...
За окнами уснувшего Центра помощи идеям лежал морозный декабрь и город Прага. Где-то вынашивали темные мысли темные силы - полиция, БИС-безопастность, политики-депутаты... Но скорей всего и они уже спали без задних ног, все же время было далеко-далеко за полночь. Впереди ожидалось Рождество и Новый Год, с неба посыпался снег, на углу чернел-краснел автомобиль с бормотанием... Центр спал.
БАРСЕЛОНА.
Пальмы метелками вдоль бульвара, море слегка рычит и пенится как пиво, над головой Колумба небо и чайки, девушки в майках с разрезом до пупа, а в пупе кольцо, взять бы такую за кольцо, да нагнуть бы в позу - мама моет пол, вот бы радости было бы обоим... Особо оголенную особу, ей богу, даже волосня через штанцы топорщится и соски без бюзика, хоть изучай! проводил взглядом аж вывернув шею, Герасим, проводил и крякнул. Придется сегодня опять в расход входить, хоть не вылазь на связь, как вылез - так траты, на проституток бабок не наберешься, а годы идут и просят своего... К своим пятидесяти шести Герасим Сидорович Красков, атташе по культуре, а заодно по совместительству и резидент ФСБ, больше притворялся старым. Морда тугая и загорелая, хоть орехи коли об ряшку, фигуре молодежь позавидует - ни капли жира, одним словом супермен и когда вот так вот сидит на скамеечке, то даже вот эти молодые писюхи оглядываются... А что им не оглядываться, сразу видно - самец! мачо, маму в очко не горячо, Герасим любил хулиганские выражения, они ему и Родину напоминали...
