А ведь он даже не знал, увеличился ли ее узор. Шайна на встречи с ним надевала одежду с длинным рукавом, скрывавшим запястье, и Шарль не знал, специально ли это.
Увы, времени для самокопания у него не было. Дела, отодвинутые ради суда, требовали внимания, да и переход Пьера в другой род следовало оформить, что дело не быстрое.
А еще следовало организовать встречу Шайны и Пьера. Шарль полагал, что мальчишке будет полезно облегчить совесть. И со всем этим собственное свидание с Шайной откладывалось. Но Шарль счел, что на личной жизни он сосредоточится после переезда племянника.
Я здорово недооценила харизму Шарля, полагая, что не поддамся на его очарование, учитывая все, что я о нем знала. Но мы встречались каждый вечер, и он был мил, очарователен, галантен, умел слушать и рассказывать. Я и сама не заметила, когда начала с нетерпением ждать вечера, чтобы увидеться с Шарлем.
Впрочем, поняла я это только тогда, когда Шарль с извинениями отложил очередную нашу встречу из-за предстоящего суда над Пьером.
Я понимала, что Шарлю не до свиданий, все же решалась судьба его племянника, предательство которого серьезно повлияло на владетеля кадхаи. Но все же было досадно. И немного боязно.
Судьба Пьера меня мало волновала. Парень хотел меня убить, а потому я искренне считала, что он заслуживает любого наказания, которое ему назначат. Но вот как это отразится на Шарле? Что, если вернется его первоначальная версия? Вот уж чего мне совершенно не хотелось, хотя было бы для меня весьма полезно. Потому что я как-то начала забывать, каким опасным и неприятным может быть Шарль. Чего делать точно не стоило.
После суда встретиться тоже не получилось. Шарль позвонил и объяснил, что Пьера изгнали из рода Эйлимхаи, но парня принял род Таринхаи в качестве командира какого-то дальнего гарнизона. По словам Шарля, перевод в другой род требовал оформления множества бумаг, и затягивать с этим не стоит. Я знакома с бюрократией не понаслышке, поэтому только посочувствовала мужчине и приготовилась ждать.
Ожидание, хоть и показалось мне слишком долгим, не затянулось.
Шарль пришел сам, ранним утром постучав в двери моего номера. И после взаимных приветствий несколько озабоченно он сообщил:
— Перед отъездом Пьер хотел бы встретиться с вами и извиниться.
— Извиниться? — приподняла я бровь, не скрывая сарказма.
Это даже звучало сюрреалистично. Он пытался меня убить, причем весьма жестоким образом, а теперь хочет… извиниться? Он действительно считает, что этого достаточно?
— Вам не обязательно это делать, — Шарль увидел мой скепсис и даже пытаться не стал уговаривать меня передумать.
Но мне вдруг стало любопытно. Что Пьер может мне сказать? На что он рассчитывает, собираясь извиняться?
— А знаете, я готова с ним встретиться, — решила я.
Как ни странно, Шарль словно бы обрадовался моему решению. Это было важно для него, но все же мой комфорт он оценил больше. Приятно.
— В таком случае, позвольте мне проводить вас. Пьер уедет сразу, как вы поговорите.
Я кивнула.
В резиденции владетеля я была лишь однажды, когда Шарль вывел меня из схрона. И даже не думала, что вернусь сюда так скоро. Не то, что это пугало меня, но дом мужчины, которому я незаметно для себя начала симпатизировать, явно не помог бы дистанцироваться от него. Впрочем, я пришла сюда не ради Шарля.
Кадхаи проводил меня в гостиную, где в одном из кресел расположился Пьер, мгновенно поднявшийся при моем появлении. Шарль тактично оставил нас вдвоем.
Как ни странно, увидев парня, который чуть не убил меня, я не почувствовала ни гнева, ни злости. Но и разговаривать с ним не хотелось.
— Здравствуйте, Шайна, — неловко начал он.
Я хмыкнула:
— И вам не хворать.
— Я понимаю, вы злитесь на меня. И у вас есть на то причины. Но… я хочу, чтобы вы знали — я глубоко сожалею о том, что сделал. И рад, что вы сумели выбраться.
— Вот как, — кивнула я. — И вы зачем-то решили сказать мне это лично?
Извинения вышли банальными, так что никакой необходимости встречаться ради них я не увидела.
— Извинения — это предлог увидеться, — сообщил он. — Но увидеть вас я хотел по другой причине.
Меня это удивило. Я даже предположить не могла, зачем бы Пьеру хотеть встречи со мной. Разве чтобы завершить начатое?
Я напряглась, готовая обороняться. Но, кажется, Пьер этого не заметил.
— По какой? — настороженно спросила я.
— Я обязан вам жизнью. И виноват перед вами. Поэтому я не могу уехать, просто промолчав. Считайте это моей попыткой искупить содеянное.
— Вы о чем? — я нахмурилась.
— Шарль желает вам смерти, — тихо произнес Пьер.
— Что? — недоверчиво уставилась я на него.
Шарль угрожал мне насилием, но не смертью. А после схрона угрозы полностью исчезли из его слов. Сейчас мне все чаще казалось, что и тогда угрозы были пустыми. Шарль не выглядел тем, кто может сознательно причинить вред тому, кто от него зависит.
И уж тем более заподозрить его в желании мне смерти я не могла.
— Шарль хочет от вас ребенка. И ждет, что вы умрете при родах.
— Умру при родах? — опешила я.