Что такое не везет и как с этим бороться?Мало мне было пропавшего императорского артефакта, в краже которого меня обвиняют, тут еще этот владетель одной из провинций Танши. Я сюда прилетела спасаться от императорской стражи, а не рожать ребенка незнакомому мужику!Но, кажется, выбор у меня не большой. И что-то он мне совсем не нравится.
Я стояла у иллюминатора и смотрела на свое отражение, плотно сжав губы. Снаружи простиралась ночь, столь же темная, как мое будущее.
Мне хотелось кричать и устроить истерику, потому что я просто не понимала, как могло дойти до такого? Ведь все начиналось так хорошо. Мечта, ставшая явью. Слава, признание, успех — вот что должны были принести мне наши находки. А теперь вместо этого…
Я обернулась:
— Может, все обойдется? — я с надеждой взглянула на Вирона. — Я ведь ни в чем не виновата. Следствие…
— Шайна, любовь моя, — он тяжко вздохнул. — Ну какое следствие? Кто будет этим заниматься? У них есть подозреваемая и доказательства вины…
— То, что я была последней, кто его видел, не доказывает мою вину! — перебила я отчаянно.
Во взгляде Вирона промелькнуло сочувствие:
— Ты знаешь, императорским ищейкам не нужна справедливость. Артефакт они, конечно, найдут, и, скорее всего, не у того, кто его присвоил. А потому они просто повесят вину на тебя.
— И что же мне делать? — мой голос дрогнул.
Потому что я понимала, чем мне грозит обвинение.
Каторга. И скорее всего пожизненная, ведь артефакт — собственность императора. Мне грозит высшая мера, и Вирон прав, следствию не нужна справедливость.
Я ведь не звездная лейса, у меня нет высоких покровителей или богатых родственников. Идеальный кандидат, чтобы закрыть это дело. За меня просто некому вступиться.
Именно это и пытался донести до меня Вирон вот уже полчаса как.
Пропажу артефакта обнаружили сегодня утром. А я была последней, кто накануне покинул лабораторию, где он хранился. И когда я уходила, сфера была на месте! Но доказательств нет. Запись с камер внутри лаборатории кто-то стер, а камеры снаружи оказались повреждены. На тех же записях, что сохранились, была только я.
Конечно, мы попытались артефакт найти, но безрезультатно. Мне обвинений никто не предъявил, поскольку у меня просто не было мотива присвоить сферу, бесполезную вне комплекса. Как и у любого другого из нашей команды, впрочем. И мы решили просто дождаться законников, которые точно смогут обнаружить артефакт. Собственно, поэтому я и не обеспокоилась, мне казалось, это просто какое-то недоразумение, и оно быстро разрешится.
Но Вирон развеял мои заблуждения.
Вирон… Несмотря на то, что мы были давно знакомы — научное сообщество в нашей области довольно тесное — работать вместе нам довелось впервые. И близкое знакомство как-то незаметно перешло в нечто большее. Ничего удивительного — мы оба молоды, увлечены общей темой и совершили невероятное открытие.
Мы занимались поиском давным-давно утерянной космической мобильной биолаборатории, где были созданы легендарные кадхаи. Воины, защитившие человечество от невиданной угрозы. Комплекс по их созданию многие века считался уничтоженным, и археологи искали его обломки как доказательство искусственного происхождения кадхаи. А найти его посчастливилось нам — и не просто обломки! Космический корабль, упавший на одну из безжизненных дальних планет, не разбился. Более того, биолаборатория оказалась исправной. А источником ее энергии был артефакт.
Тот самый, в пропаже которого меня могли обвинить.
Артефакт представлял собой небольшую — около двадцати сантиметров в диаметре — молочно-белую и почти невесомую сферу. Она была непроницаема для всех видов излучений, на ее гладкой поверхности отсутствовали какие-либо неровности, а ряд экспериментов доказал ее невероятную прочность. Вне энергоцентра комплекса, где был обнаружен артефакт, сфера ничего не излучала, не вибрировала и никак не демонстрировала свою работу. А стоило поместить ее в энергоцентр, начинала слабо сиять, при этом все системы корабля приходили в рабочее состояние.
Никто из нашей группы так и не смог понять принципа работы артефакта, но среди нас не было профильных специалистов. Все же археология — не та наука, которая может дать ответ на подобный вопрос.
Но мы не торопились обнародовать информацию о нашей ошеломительной находке. Как только о ней станет известно, сюда хлынут толпы исследователей, а потому мы хотели завершить свою работу.
Вирон был не только профессионалом, но и весьма привлекательным мужчиной. Признаться, он совсем не походил на археолога — скорее, на спортсмена, высокий, подтянутый, в отличной физической форме. Настоящий искатель приключений, какими я восторгалась в детстве. И Вироном я восторгалась тоже. Он казался мне идеальным.
Впрочем, я тоже вызывала интерес. Регулярные занятия спортом и рукопашным боем позволяли поддерживать фигуру стройной, а осанку — прямой. К тому же природа не обделила меня внешностью, так что мое внимание к Вирону оказалось взаимным. Мы даже планировали общее будущее — и именно поэтому он решил мне помочь.
Хотя бы понять, какого масштаба проблемы мне грозили.