- Сеня, ты тянешь время, а твоя подруга может инсульт от стресса получить. Ты готов ее успокоить? Естественно, вернем. Зачем мне лишние хлопоты? Я уважаемый человек, и мне совсем не нужно, чтоб по ночам мальчики кровавые являлись. Звонишь?
- Звоню.
Сумской нажал кнопку на какой-то рации.
- Заходи.
Шкаф, откликавшийся на имя Валера, тут же занес мой телефон и вручил мне.
Я представлял, какой шквал ненависти сейчас на меня обрушит Марина, и мог ее понять, но никогда в жизни я не чувствовал себя так паршиво. Разблокировав телефон, я выдохнул, стараясь усмирить бешеное биение сердца, и на несколько мгновений завис. И тут же, с эффектом разорвавшейся бомбы, телефон дернулся от входящего звонка.
- А-а-а-рсений! – раздался перепуганный, заикающийся голос Варвары. – Мы тут с Герцем задержали преступника. Их было двое, они хотели Степку увезти, но один уехал. Что делать?
Твою ж мать! Я уже морально приготовился чуть ли не бомжевать и остаться без друзей, чтоб из-за меня больше никто не пострадал, а тут один звонок снова вернул меня к жизни. Бетонная плита, которой меня придавил Сумской, вдруг рассыпалась, как песочная.
- Варенька! Держать! Я скоро буду!
Я встал и почувствовал легкое головокружение. Взяв еще одну дольку лимона, запихнул в рот, чтобы освежить пересохшее горло. Налил коньяка полрюмки, и надо было видеть морду Сумского. Он, очевидно, решил, что от потрясения я двинулся умом, а мне всего-то нужно собраться с силами. Я боялся, что ноги, которые казались мне ватными, подведут и начнут заплетаться.
- Спасибо, все было очень вкусно, - сделав «салют» рукой, я направился к двери.
- Арсений! Ты совсем берега попутал? – крикнул вдогонку ошарашенный хозяин кабинета.
Вызвав два такси, я отыскал Ланку.
- Дорогая, мы должны уехать, - поставил я перед фактом, не обращая внимания на ее огорченную моську.
- Сеня, мы же только приехали! Я еще не успела…
- Лана. Мы уже загостились здесь. Поедешь домой, а я по делам, - не желая посвящать жену в подробности нашего визита, озвучил план действий.
Взяв жену под руку, мило улыбаясь направо и налево, мы прокладывали путь к выходу.
- Барсов! Вы куда это убегаете? – тут же, будто сторожившая каждый мой шаг, Элис мгновенно оказалась рядом.
- Элис, все было великолепно, но нам пора. Дела, - я улыбнулся счастливой улыбкой неожиданно помилованного смертника.
- Сеня, сейчас устриц подадут! Прямо с самолета! – как последний аргумент выдала Элис.
- Привет устрицам!
Глава 17
Рухнув на заднее сидение машины, я на несколько мгновений закрыл глаза. Напряжение, стальным обручем державшее меня в кабинете, потихоньку отпускало. Но ему на смену ломанулся мощный поток мыслей и вопросов, способный снова меня размазать. И ни один вопрос не имел пока ответа. Хотя здесь нужно, как с веником. Целиком его не сломать, а по одному прутику – легко. Но не сразу.
Поэтому, чтоб снова обрести ясную голову, я должен одну мысль отделить от другой и обмозговать ее. Почему он не шантажировал меня Ланкой? Неужели так заметно, что мое сердце ровно бьется в ее присутствии? Хотя тут еще более тонкий расчет. Не дай Бог, с ней что-то случится, все будут мне сочувствовать – убитый горем вдовец. А если пострадают мои друзья, то от меня вообще все отвернутся – со мной опасно иметь дело.
Второй вопрос, еще более мучительный – как смотреть в глаза Маринке? Не удивлюсь, если она мне с порога на тот же порог и укажет. Страх за своих детей начисто отрубит все дружеские привязанности. И Димка, скорей всего ее поддержит. Вот она, оборотная сторона мести. Изощренная, ядовитая, как притаившаяся в кустах гадюка. Все целы и здоровы, даже мой бизнес, а друзей я лишусь.
Отвратительное чувство бессилия захлестнуло удавкой душу. И тут же ставлю себя на место Маринки и Димки. Как бы я повел себя. Я бы как Барсов? Или я как Демидов? У Барсова есть служба безопасности, и я сейчас же отдам приказ пару человек снять с объектов и приставить к дому Димки. «Простите-извините, я не хотел» сейчас совсем не в тему.
Я бы как Демидов… Вот так, дружишь с детства и не знаешь, как он поступит.
Усилием воли я задвинул все терзания в дальний угол и стал лихорадочно соображать. Спасти дружбу может только гарантия безопасности. Значит, по-любому нужно выбить признательные показания из задержанного преступника, записать и хранить компромат, как зеницу ока. Конечно, велик соблазн тут же его обнародовать, наделать шумихи и… развязать войну. И тогда будет кровь за кровь.
И тут же мягкой лапкой поскребся маленький позитив – я до сих пор не могу поверить, что добродушнейший пес и беззащитная девчонка смогли защитить детей. Вернее, в способностях Герца я не сомневался, но вот то, что я их оставил – это, и правда, Божий промысел. Я тут же вспомнил перепуганный голосок и свое «Держать, Варенька!»
