Эту страшную правду когда-нибудь будут изучать, как исто-
рический документ, факт жертвоприношения Культуры в период
падения высочайшей Империи, которую её лукавые правители
не смогли, не захотели ни защитить, ни спасти, ни сохранить.
«Страшно и мерзко мне было видеть народ, ликующий
Освобождение квартир Украина без жидов и москалей.
Я видел, как в одной из лучших библиотек моего города моло-
дые девочки-библиотекарши со смехом снимали со стен пор-
треты русских писателей, чтобы потом сжечь их во дворе...»
«Холокост... новый, но уже нравственный, Холокост. ?»
38
Бегство из рая
И как ответ другое мнение, другая позиция, другой подход:
«cравнивать эмиграцию с Холокостом (дословно, с со-
жжением), по-моему, совершенно неправильно. Эмиграция
это выбор, при Холокосте выбора не было».
До сих пор помню гарь вокзалов, усталость и опустошен-
ность; казалось, что не хватит сил... Хватило.
«ни одна та-
можня не сумела у нас отобрать наши знания, нашу лю-
бовь к книге, нашу культуру».
И наши дети, уже рождённые в других странах, не удивляй-
тесь, всё чаще берут в руки русскую книгу, наверное, чтобы
понять нас, неисправимо «русских» родителей...
«У дочки в университете есть предмет «Русская лите-
ратура», на который она неожиданно записалась. Они чи-
тают в оригинале Зощенко и других писателей и потом пи-
шут сочинения, делают доклады по прочитанному. Кроме
русских студентов, есть даже два американца. Сейчас они
пишут сочинение как ты думаешь, о чём? Об эмиграции!»
(А. Рубин)
Так что же такое эмиграция? И как нам выстоять, как не
потерять себя? Листаю, листаю страницы ... Спорю, соглаша-
юсь, удивляюсь и опять спорю...
«Это мы? люди, это мы? боги, это мы? дьяволы и анге-
лы...» Но всё ли зависит от нас? «ну почему надо так дол-
го жить, блуждать в кромешной тьме обмана, ставшего
истинной религией мира людей, чтобы встретить за всю
жизнь так мало людей, не зараженных этой страшной не-
излечимой болезнью? ложью???» (В. Ободзинский)
В жизни есть категории, на осознание которых уходит вся
жизнь, ведь так сложно обозначить и объединить взаимоисклю-
чающие понятия и миры. В современной литературе часто ис-
пользуют приём неоконченности сюжетов, так воспользуемся
этой уловкой, ведь наш роман с эмиграцией ещё не завершен...
39
Ирина Цыпина
p.s.
Когда мой очерк был уже набран, я неожиданно получила
письмо на заданную тему из Европы, где очень буднично и дос-
товерно была нарисована еще одна картинка незнакомой нам в
Израиле эмиграции: «Албанцы, сербы, македонцы, индусы, по-
ляки, украинцы, молдаване, пакистанцы, словаки Эта молча-
ливая, шепотом переговаривающаяся очередь лучший инди-
катор для определения где в мире война, разруха, голод, без-
работица, бесправие мы встанем в разноцветную очередь,
зажав в руке свой номерок и пытаясь объяснить нашему ребен-
ку необходимость стояния в этой иммигрантской толчее за пра-
вом на жизнь. И, когда нас впустят в комнату пыток с заветным
окошком, в нем, возможно, будет сидеть то самое существо
женского пола, презирающее парикмахерские, с дергающимся
веком, зевающее и ковыряющееся в ухе. Ее неряшливый сколь-
зкий взгляд лизнет наши бумаги; потом быстрым, спотыкаю-
щимся и плохо понятным говорком существо вынесет ПРИГО-
ВОР моей семье».
Эмиграция продолжается...
(использованы дневники В. Ободзинского, Италия; А.
Рубина, США; личные письма; материалы интернета).
40
ЖИТЬ В ИЗРАИЛЕ
Бегство из рая
И когда я закрыла свой дневник, уверенно считая, что все
всё и так знают о нашей жизни Здесь, что это уже слегка не
актуально, что уже проходили... я вдруг получила письмо из
России, где просят рассказать, задают вопросы, где хотят по-
нять и принять, хотят быть вместе в такое непростое, жесткое
для всех время.
Свои наброски, не претендующие на аналитические обоб-
щения, свой взгляд и своё видение страны и «Русского Израиля
« я назову кратко и понятно: «Путевые заметки на страницах
острова Алия». И чтобы не отвлекаться, буду отвечать по по-
рядку, ничего не придумывая и не украшая.
Но сначала, разрешите представиться.
Меня зовут Ирина, и когда в детстве я слышала песню на
слова русского поэта классика «Арина, мать солдатская », то, поверьте, не думала, что это будет и про меня. Мой сын сол-
дат Армии Обороны Израиля. А ведь казалось, что всё, что связа-
но с Войной, осталось в размытых от времени черно-белых после-
военных кадрах. Казалось, что реальность полузабытых фильмов
«Летят журавли» и «Баллада о солдате» никогда не повторится.
Но в жизни не стоит зарекаться. Всё случилось иначе...
Я в Союзе была молодой и легкомысленной, преподавала
архитектуру и была влюблена в целый мир, а если серьёзно, то
только в Израиле я стала взрослой, стала задумываться над
смыслом Бытия, выучила кучу новой информации, приобрела
несколько дополнительных профессий, успеваю безумно много
дел делать одновременно: даже пить утренний кофе в машине и
красить губы в лифте, но при этом у меня иллюзия, что Всё
только начинается... Но так не бывает! А значит, мы уже давно
в пути. И я отвечаю на Ваши вопросы.
«Нас интересует тема «современный Израиль»», пише-
те Вы.
41
Ирина Цыпина
